Может быть, ты ошибаешься?

— Может быть это просто слухи. Все равно я скоро возвращаюсь домой, ты можешь поехать со мной. Тебе решать.

— Я не могу. Я замужем. — Я немного отстранилась от Брайна, села, выпрямив спину, поняв, что настало время для серьезного разговора. — Кем я буду для тебя. Любовницей? Это разрушит мою репутацию. Родные мне этого не простят.

— Мы могли бы пожениться. — Легко предложил Брайн, притягивая меня к своей груди, зажав в своих объятьях.

— У меня есть муж. Наш брак освящен. Его не разорвать одним желанием.

— Тогда ты могла бы стать вдовой, — тихонько шепнул мне на ухо Брайн.

Слова легко выскользнули из его губ, обволакивая своей прямотой.

— Нет, я так не могу. — Я покачала головой, не понимая, насколько серьезно его предложение.

— Он оборотень, опасный зверь. Вы не созданы друг для друга. Этого брака вообще не должно было быть. Ты хочешь в одиночестве провести оставшиеся годы? А если война? Погибнешь. Это даже не твоя родная земля. Я помогу тебе избавится от него.

— Я не хочу его смерти, только не так, — уткнулась Брайну в плечо, всхлипнула. Испугалась собственных мыслей и желаний.

Неужели это возможно, стать по настоящему свободной, избавившись от ненавистного брака? Выйти замуж за человека, к которому испытываешь чувства. Не стыдится отношений и родить ребенка в законном браке. Обрести настоящую семью.

Я сильнее прильнула к Брайну, словно ища поддержку и опору в его сильном теле. Он погладил меня по спине, успокаивая. Шепнул в ответ:

— Я все улажу, доверься мне. Я знаю способ.

— Только обещай мне, что не убьешь его. Я не хочу быть виновной в смерти мужа. — я вцепилась кулачком в его сюртук, заглядывая в глаза.

Мне было важно услышать его ответ.

— Как пожелаешь, моя маленькая Дели. — Брайн приподнял мое лицо и поцеловал, проведя языком по соленым от слез губам.

9

Я долго не могла прийти в себя после нашего разговора. Часто застывала у окна, глядя в даль. С Сантиной, после случая с Франко, отношения не ладились. Она чувствовала мое отчуждение, а я не могла забыть, как милый малыш на моих глазах превращается в опасного зверя.

Я все реже заходила на кухню и не предлагала помощь, предпочитая принимать пищу в одиночестве, а не за болтовней о пустяках.

Как-то резко ко всему охладела, стала равнодушной. Зачем привязываться, налаживать общение если все равно сбегу, трусливо покину этот дом, не оглянувшись, стараясь не вспоминать. Мысль о свободе, новых отношениях пьянила. Мне стало тесно в Лотаринни, мало виллы на берегу моря. Брайн обещал подарить весь мир.

Брайн сказал, скоро.

— Скоро ты будешь свободна, — шепнул он мне.

Я боялась спросить, каким образом. Главное, он дал обещание, что Брендон будет жить. Мне было важно только это.

В тот вечер в городе был бал.