Все против меня.

Один раз я пыталась разговорить Тони, он кажется мне более спокойным и дружелюбным, но он молчит и, буркнув что-то типа «не велено», уходит из моей камеры пыток.

Второго, который Рокс, цеплять я не хочу, потому что мне не нравится, как он смотрит на меня: голодно, жадно, сально даже как-то, мне противно. Рокс видел тогда меня голой. Черт, да он и сейчас это может делать в любой момент.

Так странно, только сейчас мне кажется, что я проснулась от глубокого тяжелого сна. И все чувства обострились, натянулись нервы до предела. И я так жалею, что не ценила главное: холодную, пусть и не любящую, но все же маму, мой дом, учебу. Даже простые вещи, будь то дневной свет, свобода или даже обычные носки.

Мне холодно. Здесь все холодное, и порой мне кажется, что я попала в какой-то новый круг ада, который Монстр создал лично для меня. Арман. Его так зовут. Красивое имя красивого дьявола.

Темнота. Проклятая темнота вокруг меня. Все время! Она везде, и я жду своего Монстра, потому что тогда включится свет. Я его увижу, смогу снова ощутить себя живой, а не просто мертвой куколкой в клетке. Паук. О да, наконец-то я поняла, кого мне напоминает Монстр. Некий тарантул, который захватил меня и окутывает теперь в свою паутину. И я уже парализована его ядом.

К сожалению, у меня нет шансов, и, кажется, меня никто не спасет. А найдет ли? Я не знаю. К своему ужасу, я не уверена, что мама меня вообще ищет. Более того, я не знаю даже, заметила ли она, что я пропала.

Иногда я ору в этой темноте. Я боюсь ее так же, как и Монстра, но мне никто не отвечает. Он делает это специально, я уверена. Чтобы я прогнулась, покорилась ему и, наверное, немного сошла с ума. Стала ручной. Такой, какой Он хочет меня видеть.

Боже, как же многое зависит от солнца, но я нахожу выход: без часов время кажется каким-то резиновым, потому я не придумываю ничего лучше, чем тупо отстукивать ритм пальцами. Так я хотя бы примерно ориентируюсь, сколько часов я в Аду. Четыре, может, пять дней. Первые сутки я вообще не помню. У Паука был ужасный яд, я приходила в себя после него долго.

За все это время у меня появилось больше вопросов, нежели ответов. Шрам сказал, что я его рабыня, а еще я точно понимаю, что его кнут больно бьет. До ссадин, до крови, и стоит этому дьяволу приложить чуть больше силы, он с легкостью может вспороть мне кожу до кости."

"Иногда я говорю сама с собой. Обещаю больше не плакать и быть сильной. Раньше я любила уединение и посидеть с книгой в тихом месте, но только не теперь, когда я, как псих-одиночка, сижу в четырех стенах, ни с кем не общаюсь и не вижу ничего, кроме темноты.

Черт возьми, я боюсь, что не выдержу, и, наверное, я все же начала сходить с ума, потому что я очень жду Его. Своего Монстра. Хотя бы на минуту. Увидеть его, услышать, понять, что еще не конец.