Жива и здорова – вот и хорошо. Не бросилась с моста, не сошла с ума, не ушла трупом под снег, не попала под машину… А что она нынче делает, молится в монастыре или поет с Огудаловой – какая, в сущности, разница? Пусть с ней теперь Владимир разбирается, ему как раз какое-нибудь дело как воздух нужно. Пусть попробует устроиться к мадам садовником или полотером. В каждом первом детективе о таком пишут…

– Да, да, именно странности, – откликнулся Вадим. – Все тайны детдомов, усыновления и прочего – вещь весьма условная. И потому мой человек быстро и относительно легко накопал много всего интересного.

И вот по всем полученным им данным вполне может выйти так, что наша девушка Ольга – пропавшая сестра нашего же супермена Кая. Как вам, Анджа, такой оборот событий?

– Потрясающе! – сказала Анджа и словно в доказательство потрясла головой. – Объяснитесь, пожалуйста!

Вадим не без элемента торжественности отхлебнул кофе из крошечной чашечки. Анжелике показалось, что сейчас он достанет расчесочку и аккуратно причешет слегка растрепавшиеся от ветра негустые волосы. Тут же перед ее глазами возникла взлохмаченная серо-голубая шевелюра Олега и его отчаянные глаза, глядящие на нее снизу вверх.

Чтобы отогнать ненужные воспоминания, Анжелика потрясла головой еще раз."

"– Про Ольгу удалось выяснить следующее. В возрасте приблизительно трех лет девочка поступила из детского отделения больницы в детский дом, находящийся недалеко от города Беломорска. Ребенок уверенно называл свое имя – Оля, но был крайне напуган и едва оправился от двухстороннего воспаления легких. В больницу Беломорска девочку привезли байдарочники – семейная пара инженеров-физиков из Москвы, которые традиционно проводили свой отпуск на Карельских реках и на берегах Белого моря.

По их сохранившемуся в документах обстоятельному рассказу (по-видимому, интеллигентные, образованные супруги специально старались писать подробнее, в надежде, что их описание поможет отыскать родственников малышки) дело обстояло так: они пережидали шторм в устье какой-то реки. Потом, когда наступила светлая северная ночь и волнение окончательно улеглось, вышли в море и плыли вдоль берега, разыскивая стоянку, на которой были бы дрова и одновременно было поменьше комаров и прочего гнуса. Внезапно кто-то из них заметил на берегу какое-то шевеление. Сначала они решили, что там прячется не слишком крупный зверь, и осторожно, не торопясь, подплыли ближе, любопытствуя сделать какое-нибудь естественнонаучное наблюдение. Однако, прислушавшись, услышали что-то вроде плача или стона, увидели скорчившуюся в расщелине на мху маленькую фигурку и больше уже не медлили.