А я испытывала силу воли и из последних сил не поддавалась этому желанию.

Но однажды днем, когда мне было особенно грустно, я сидела в саду и вспоминала свою прошлую привычную, размеренную жизнь годичной давности. И тут услышала, как к соседнему дому подъехала машина. Тайсон радостно залаял, а значит, это его хозяин вернулся домой. И мне вдруг нестерпимо захотелось увидеть Игната, пусть всего на несколько секунд заглянуть ему в глаза. Я встала с лавочки и, не давая себе времени на раздумья, направилась к калитке. Прошла эти сложные несколько шагов и позвонила.

Игнат открыл мне дверь и сразу улыбнулся. А я вдруг вспомнила, с каким трудом давалась ему простая улыбка в первые дни нашего знакомства. Видимо, он понемногу привыкал к новым обстоятельствам. Его лицо было спокойным, горькие морщинки вокруг глаз разгладились. Он явно был рад меня видеть и пригласил в дом. Игнат пошел вперед, я закрыла калитку и двинулась за ним. И тут в ворота снова позвонили. Я взглянула на Игната, он пожал плечами, показывая, что никого не ждет, и попросил:

— Открой, — я подошла к воротам и распахнула дверь."

"Прямо передо мной стояла миловидная женщина лет тридцати с зелеными глазами и длинными светло-каштановыми волосами. Но что-то в ее облике меня смущало. Я пригляделась внимательнее и удивилась — лицо гостьи было искажено сильным напряжением. А потом женщина перевела взгляд за мою спину и внезапно побледнела. И тут я наконец поняла, что Люба Кузнецова вернулась домой.

Я видела, как эти двое встретились впервые после одиннадцати лет разлуки. Игнат так и стоял в глубине двора, не двигаясь с места, женщина сама подошла к нему вплотную. С минуту неотрывно смотрела ему в глаза, потом протянула руку и погладила его лицо. А он осторожно обнял ее и притянул к себе. Они стояли так какое-то время, а дальше взялись за руки и ушли в дом.

Жгучая, темная ревность поднялась откуда-то из глубины и затопила все мое существо. Я просто физически больше не могла оставаться здесь. Вышла за ворота и с удивлением заметила, что перед домом Игната собираются люди. Я отошла немного в сторону и осталась стоять с ними, наблюдая за всем, что происходит вокруг.

Постепенно людей становилось все больше и больше. Они подходили со всех сторон, но не заходили в открытые настежь ворота, словно перед ними был нарисован магический круг. Терпеливо стояли и ждали, лишь тихо переговаривались между собой. А впереди, в полном одиночестве стоял мужчина. Я узнала его, хотя видела только на фотографии. Это был отец Любы.

Через полтора часа Игнат и Люба, все также держась за руки, вышли на улицу и подошли к ее отцу. А тот вдруг опустился перед ними на колени и свесил голову. Люба наконец отпустила руку Игната, наклонилась к отцу и заставила его подняться.