Женщина сразу же встала и ушла. А вслед за ней и мы покинули кафе.

Выруливая со стоянки, участковый бросил на меня быстрый взгляд и поинтересовался:

— И что ты думаешь? Не похоже, что это наш клиент. Хотя, должен заметить, странность у него как раз подходящая для таких случаев.

— Ты прав. Странность подходящая. Но если он настолько боготворил своего брата, то навредить его дочери никак не мог. Скорее, наоборот. Повредил бы того, кто ей угрожал. Что мы, кстати, и видели по нападению на Игната. В общем, будем иметь все это в виду, а там посмотрим.

Всю остальную дорогу до моего дома я иногда поглядывала на участкового, вспоминая недавний разговор с Алевтиной Егоровной. Я не рассказала о нем никому, даже Игнату. Не была уверена в правдивости услышанного и не хотела причинять ему лишнюю боль. А участковому не стала говорить по другой причине. Когда я только заикнулась о связи между его отцом и мамой Игната, причем, имея в виду совсем не то, на что намекала моя квартирная хозяйка, он жестко меня оборвал. И сейчас я отгадывала загадку: действительно ли Павел ни о чем не догадывался или просто притворялся? А если притворялся, тогда почему?

Мы остановились у моего дома, как вдруг у меня зазвонил телефон. Я нажала на кнопку и услышала уже знакомый голос Олега:

— Добрый день! Я беспокоюсь, а вы никак не звоните. Хотел узнать: что-нибудь известно о Миле?

— К сожалению, Олег, пока ничего. Нашли место, в котором она пряталась. Но оно уже пустое. Ее ищут, не переживайте. А у вас ничего нового?

— Нет, — быстро ответил собеседник и уточнил: — А где ее ищут? У ее дома кто-нибудь стоит?

— Точно не знаю. Думаю, да."

"— Тогда ладно, спасибо! — произнес он и отключился.

Я недоуменно смотрела на трубку в своих руках и хмурилась.

— Что такое? — озадаченно спросил Павел.

— Мне не нравится этот звонок. Вроде Олег просто переживает, но по голосу я бы этого не сказала. Особенно в конце разговора. Будто он узнал, что хотел и успокоился, — задумчиво произнесла я. И вдруг меня озарило: — Ну да, точно… Наверное, Мила с ним все-таки связалась. И это он увез ее с дачи!

— Вот гад! Еще руку мне тряс, а теперь врет и пытается нас использовать, — возмутился мой спутник.

— Думаю, Миле понадобились вещи. Вот они и хотели узнать, не опасно ли заезжать к ней на квартиру, — заметила я, немного поразмышляла и добавила: — Сейчас я ему перезвоню. Попробую вразумить.

— Зряшное дело, — отмахнулся Павел. — Им теперь управляет не ум и логика, а кое-что другое. Хотя он и утверждал, что думает головой.

— И все же стоит попробовать, — ответила я и набрала номер Олега. Сначала шли гудки, но трубку никто не брал. Наконец раздался щелчок, и неуверенный голос осторожно произнес:

— Слушаю.

— Олег, это Ольга.