— Какую-нибудь наивную сиротку вроде меня, которая не знает, какой ты на самом деле?

— А какой я на самом деле? Скажи мне, Ника, — его глаза полыхнули алым, и мне показалось, что он вот-вот применит гипноз.

— Опасный, — выдохнула я, и это получилось очень жалобно.

Он довольно прищурился.

— Так и есть. Но ты ведь всегда знала это, да? Знала, и тебе это нравилось, — он обхватил меня руками за талию, прижимая к себе. — Я всегда могу заставить тебя говорить правду — помни об этом.

Он погладил меня по скуле, затем осторожно обвел кончиком пальца губы, надавил на нижнюю, вынуждая приоткрыть ее. Я инстинктивно коснулась языком кончика его большого пальца, и от этого, казалось бы, невинного действа меня словно прострелило разрядом.

Он ведь не отрицал свою связь с кем-то. Встречается ли он с кем-то до сих пор? Или, может, это были лишь мимолетные связи? С его деньгами он всегда был желанной добычей для женщин.

Сердце билось как сумасшедшее. А я так и не могла найти в себе силы сопротивляться объятиям Виктора. Он имел надо мной какую-то тайную власть, даже без всех этих гипнозов, и осознание этой власти невозможно пьянило.

— Ника… — Виктор и сам задышал чаще, а затем подтолкнул меня к стене, зарываясь рукой в мои волосы и жадно вдыхая их аромат. — Не дразни меня.

Это я его дразню?! Удивленно посмотрела на него, но он лишь глухо зарычал.

— Так, нам наверное лучше остановиться, иначе я за себя не ручаюсь. А ты в положении, и все такое.

— Нам? Но я ничего не делаю, это все ты! — голос звучал как у обиженного ребенка, и пришлось откашляться, чтобы взять себя в руки. — И вообще…

Глубоко вдохнув, снова постаралась отодвинуться.

— Ладно, — он мгновенно преобразился, словно бы не шептал секунду назад мое имя, сходя с ума от желания.

Виктор поднял руки, показывая, что сдается, а затем направился к двери. Не дойдя пару шагов, он остановился и добавил:

— Но ты все равно должна знать, что тебе действительно далеко до моей новой девочки, — легкомысленно заявил он. — Она просто лапочка.

Я поперхнулась воздухом и закашлялась. Он это серьезно сейчас говорит?

— И нет, она не сиротка. Родословная длиннее моей.

— Значит, это кто-то из ваших? Из нечисти? — я скрестила руки на груди. Вот чего он этим добивается?

— Типа того, — подтвердил он. — Так что да, тебе определенно стоит ревновать.

Он уже дернул ручку двери, когда я крикнула вдогонку, не сумев совладать с собой:

— К ней торопишься?

— Конечно, она как всякая хорошая девочка послушно ждет меня дома.

— И давно вы вместе?

— Всего три недели, но она с первого дня спит в моей постели.

Жил Виктор в небольшом коттедже в черте города, в противоположной стороне от дома своих братьев.