Алена оцепенела – значит, пока она возится дома с двумя детьми, Гришка завел себе любовницу…"

"За ужином Алена не произнесла ни слова, делала вид, что занята кормлением сыновей и не слышит вопросов, задаваемых Григорием. Он поглядывал на нее с недоумением – такое поведение было не в характере Алены, обычно она всегда с готовностью поддерживала беседу. Когда оба мальчика поели и их забрала Лариса, Гришка подсел к Алене, вяло ковырявшей вилкой в салате, и спросил, обняв за плечи:

– Что с тобой, красотуля? Случилось что-то?

– Нет, – Алена слегка дернула плечом, но муж держал крепко.

– Не юли, Аленка! Я же вижу, что ты какая-то…

– Какая?

– Странная. Ну, говори, что случилось? Мне некогда твои загадки разгадывать, сейчас Мазей приедет.

Алена вырвалась из его рук и встала:

– Я не хочу вклиниваться со своими мелкими проблемами в твое расписание.

Она пошла к выходу, но Григорий одним прыжком догнал ее и схватил за руку, разворачивая к себе лицом.

– Я не понял – что за фокусы?! Ты что себе позволяешь?

– Не трогай меня! – вскрикнула Алена – сильные Гришкины пальцы довольно чувствительно держали ее за руку чуть выше локтя.

– Не кричи! Что происходит, я тебя в последний раз спрашиваю?

– А ты не знаешь?!

– Я же сказал – у меня нет времени на «Что? Где? Когда?», говори, там уже Ванька приехал.

Во дворе действительно слышался шум и громкий хохот Мазея, любившего побалагурить с охраной.

– Отпусти меня, я не хочу сейчас разговаривать, это нельзя обсуждать вот так, на бегу! – взмолилась Алена, глядя на мужа заблестевшими от слез глазами.

– Хорошо, сейчас иди к себе, я поднимусь, когда закончу, – сухо сказал Григорий, выпуская локоть жены и направляясь к входной двери.

Алена бегом поднялась к себе в спальню, легла на кровать и вволю поплакала. Жизнь рушилась – вот уже и муж завел любовницу, вот уже он разговаривает с ней, Аленой, как с прислугой. А завтра он просто возьмет и выкинет ее из дома. А что? Вполне может…

Мазей развалился в кресле перед большим камином и потягивал коньяк из широкой рюмки. Грач метался по комнате, словно не находил себе места в собственном доме.

– Нет, ну ты подумай, Ванька! Я ему верил как брату, а этот…

– Тихо, тихо! – поморщился Мазей, прекрасно знавший, о чем идет речь.

Виновником праведного гнева Грача был Кочан, попавшийся вчера вечером с крупной партией наркотиков. А это означало только одно – теперь милиция не остановится, пока не перевернет вверх дном все, что принадлежит лично Грачу и всем, кто как-то с ним связан. А поскольку Григорий Грачев вдруг решил баллотироваться на выборах в Законодательное собрание, то такая слава ему была совершенно не нужна.