– И потом… ладно, раз уж так все пошло наперекосяк… я ведь не просто так к тебе подкатил, Ритка… Папаша твой мне нужен был, с ним я должен был посчитаться за братуху. Просто потому, что не сумел защитить его семью, а у меня никого нет, кроме Гришки и Алены. За них я никого не пожалею. Ты прости меня, Ритка, что так вышло…

– Я понимаю… я не сержусь… глупо было думать, что я, такая, могу тебя заинтересовать… Но это мне наукой будет – нечего с такой рожей надеяться на искренний интерес…

Мазей внезапно закрыл ей рот ладонью:

– Замолчи! Это неправда. Не все такие, как я. Найдется и тот, кто полюбит тебя искренне…

– А ты? – шепнула Маргарита, отведя его руку от своего лица. – Ты никогда не сможешь полюбить меня?

– Я твой должник, Ритуля… ты мне жизнь спасла – как я могу тебя не любить?

– Это не то! – запротестовала девушка. – Это благодарность, а я говорю совсем о другом!

– Не торопи время, детка, – попросил Иван, закрывая глаза. – Пусть все уляжется…

– Но ты не прогонишь меня?

– Куда ж я тебя теперь дену? – вздохнул Мазей, положив ее пухлую ладошку себе на грудь. – Конечно, не прогоню…

Алена измеряла шагами комнату и непрерывно курила, не в силах справиться с волнением. Вот сейчас, совсем скоро… совсем уже скоро… Когда тяжелые ворота поехали в сторону, впуская машину, Алена бросилась на улицу, оттолкнув попавшуюся ей по дороге Лору.

Из машины сначала вылез Виктор, махнул охранникам, чтобы помогли, и только потом вытащил с заднего сиденья мальчика в синих джинсиках и ярко-голубой ветровке, опустил его на землю.

– Ну-ка, постой вот тут…

Ребенок озирался по сторонам и кривил губы, собираясь заплакать. Алена приросла к месту и никак не могла сделать ни шагу к мальчику. Это действительно был ее сын – точная копия Ванечки…"

"– Павлик… – срывающимся голосом позвала она, присаживаясь на корточки. – Павлик, сынок… иди ко мне…

Мальчик нерешительно сделал пару шагов в направлении забытой им матери, но потом остановился и заплакал. Охранники уже вытащили из машины Григория, усадили в кресло, и он, подкатившись к сыну, взял его на колени:

– Ну, ты чего, Павлик? Это ведь мама, не узнал?

Мальчик вцепился в отца, но к Алене не шел.

– Потерпи, Аленушка, он просто отвык, – извиняющимся тоном проговорил Григорий. – А ко мне сразу пошел, узнал… И Витьку узнал даже раньше, чем меня.

Весь вечер они не отходили от ребенка, играли с ним, читали по очереди книжку, на ночь Алена вместе с Лорой выкупали его и унесли в детскую, уложив в кроватку Ванюшки.

– Ну вот, надо вторую кровать покупать, – шепнул прикативший в детскую Григорий, глядя на раскинувшегося во сне мальчика.