Захожу в дом и сразу чувствую запах сигарет, идущий с кухни. Брезгливо морщусь, сглатывая рвотный рефлекс. За почти две недели с Ирой я, оказывается, забыл, как противно воняет табак. Понимаю, что надо еще раз поговорить с супругой о нашем разводе, но почему-то не хочу. Нет желания слушать пьяные вопли и очередные обвинения в свой адрес.

Иду наверх к сыну. Дверь в его комнату приоткрыта, свет горит. Коротко постучав, вхожу.

— Привет.

Арсений отрывает голову от письменного стола.

— О, пап, привет! — улыбаясь, поднимается с места.

Подхожу к сыну и обнимаю.

За две недели соскучился по нему.

— Чем занимаешься? — бросаю взгляд на стол с бумагами.

— Да по фитнес-клубу смотрю документацию. С начала марта увеличилось количество покупок полугодовых абонементов. Видимо, народ решил похудеть к лету.

— Логично.

Беру несколько листов со стола и пробегаюсь по цифрам. Даже особо не вникая, могу отметить значительный рост показателей.

— Очень не плохо, — одобрительно хлопаю Сеню по плечу.

— Но, я думаю, прибыль надо направить на закупку новых тренажеров.

— Решай сам. Это твой клуб.

Вижу, что Арсений сомневается.

Ему все еще не хватает смелости принимать решения. Это определённый навык, которому нужно учиться, он не приходит с рождения. Некоторые люди и за всю жизнь не могут научиться принимать решения. Все ждут, что кто-то будет решать за них.

— Я просто боюсь, что деньги потрачу, а оборудование не будет востребовано.

— Принимай решение, — повторяю чуть тверже.

— Нууу… — тянет. — Тренеры сказали, что не хватает некоторых тренажёров для женщин. С другой стороны, посетительниц-женщин в разы меньше, чем мужчин. Но в то же время, возможно, если закупить побольше подходящих для них тренажеров, то количество женщин увеличится.

— Принимай решение, — еще тверже.

— Пап, ну что ты заладил? — смеется.

— Твой клуб, твой бизнес, значит, и решения тоже должны быть твоими. Прогоришь — твоя вина. Выиграешь — твоя заслуга.

— Ладно, я еще подумаю, посоветуюсь с главным тренером и решу.

— Молодец. Мне будет нужна твоя помощь, — ступаю на опасную тропинку, заранее зная, что сыну не понравится просьба.

— Какая?

— Для моей предвыборной кампании нужно будет, чтобы ты дал интервью местному телеканалу.

Арсений тут же морщится так, будто проглотил целый лимон.

— Блин, пап… Это обязательно?

— К сожалению, да.

Когда я принял окончательное решение об участии в предвыборной гонке, Сеня сразу попросил нигде его не светить. Он и раньше выходил в общество со мной и Алиной только после больших уговоров. Арсений не любит публичность, у него нет фотографий в соцсетях, его коробит настойчивое внимание посторонних. Сын предпочитает вести тихую жизнь подростка. Мне это импонирует.