— Да о банде этой, которая Лешего с Митричем убрала, — ответил я. — Прав скорее всего призрак.

— В том, что эти люди выжили?

— Именно. И теперь они снова начали работать. Только теперь более аккуратно.

Слуга пожал плечами:

— Если и так, вам то переживать не о чем.

— Не о чем, — согласился я. — Просто вдруг интересно стало. Надо иметь в виду, что в городе могут промышлять подобные люди.

Питерский не ответил. Просто уставился на дорогу. Я же закрыл глаза и задремал.

* * *— Прибыли, вашество!

Голос слуги вырвал меня из полудремы, когда машина уже стояла у крыльца.

— Мы еще по делам поедем? — поинтересовался Питерский.

— Можно, — ответил я, выходя из авто.

Под окном кабинета Яблокова срезала крупные цветы, и складывала их в корзину.

— Вы решили экономить на садовнике? — уточнил я с улыбкой.

— Брось, Павел Филиппович! Природник приходит к нам раз в неделю. И я думаю, что стоит дать ему задание вырастить пару деревьев во дворе, как считаешь?

— Согласен.

— А эти цветы восхитительно пахнут. Хочу поставить их в своей комнате. К тому же, обрезка пойдет кустам только на пользу.

— Как скажете… — Я осмотрел двор.

— А тебе не хватило дневной работы? — усмехнулась женщина. — Или ты кого-то ждешь?

Последний вопрос она задала напряженно, словно ожидая подвоха.

— Нет, но порой гости могут оказаться незванными.

— Твоя правда, — женщина заметила еще один подходящий для букета цветок и отрезала его от колючей ветки. — К тебе приходила Свиридова? Я слышала женский голос, и он показался мне знакомым.

— И наверняка вас ужасно раздражало то, что нельзя спуститься и проверить свои подозрения, не показываясь при этом на глаза, — предположил я.

— Я могла бы сейчас возмутиться и обидеться, Павел Филиппович! — женщина нахмурилась и смерила меня грозным взглядом. — Но ты слишком хорошо меня изучил. Мне и впрямь не хватает способностей призрака. Но тем не менее ты не ответил на вопрос.

— Да, Елена Анатольевна приходила по делам.

— Арина Родионовна должна быть в курсе ваших встреч, — заявила Яблокова. — Поверь, я знаю, о чем говорю. Нечаева может быть благоразумной и понимающей, но никто не отменял обычной девичьей ревности.

— Вы правы. И потому я поговорил с Ариной Родионовной, рассказав ей о своих делах со Свиридовой.

— Взрослеешь, Чехов… — усмехнулась женщина. — Неужто сам догадался?

— Морозов помог.

— Этот хитрый лис знает толк в интригах. Хорошо, что он любит твою бабушку и потому никогда не причинит тебе вреда. В ином случае нам бы пришлось его… того, — Людмила Федоровна провела пальцем по горлу и сделала страшные глаза.

— Чего «того»? — давясь от смеха, уточнил я.

— Того самого! Пришибить, чтобы не болтал лишнего.