Ощутил как она кивнула все еще уткнувшись в спину, и качнул бедрами так, чтобы она поняла чего я от нее хочу. Пальцы на моем члене сжались, и я повторил движение стискивая зубы.

Рыженькая сжала стояк увереннее, но в этот момент я понял что сорвусь и отвел ее руку мысленно собирая все известные мне маты.

— Теперь моя очередь.

10

Подцепил с полки гель для душа и щедро бахнул в ладонь, а потом обернулся и потерев руки друг о друга опустил кисти на хрупкие плечи. Рыженькая с опаской наблюдала как я медленно провел мыльные дорожки от плеч к кистям, а потом переключился на талию и повел руки вверх. Влажные рыжие пряди потемнели и спадали на плечи темным водопадом, ресницы бестии склеились яркими треугольниками и глаза стали казаться еще прозрачнее. Жилка на ее шее запульсировала отчетливее, а дыхание сбилось. Малышка разомкнула пухлые губы и попыталась вдохнуть, но застыла, когда мои руки скользнули по ее ребрам вверх и я обхватил тяжелую грудь, слегка ее приподнимая.

Наши взгляды столкнулись, но бестия тут же отвела свой, а я сделав над собой огромное усилие отвел руки от ее груди и скользнул ими за ее спину, вставая ближе. Стояк как упор ткнулся в ее живот, и рыженькая рвано выдохнула, отводя бедра, но легкое нажатие на ее поясницу вернуло малышку на исходное — вплотную ко мне.

— Снова будет больно? — она мужественно повернулась ко мне и взглянула в глаза на секунду запинаясь, когда мои ладони опустились на ее задницу.

— Нет, если ты не захочешь повторять, мы не станем… — прошелся по нежным округлостям и скользнул по бедрам кпереди. Льдисто голубые глаза закрылись и малышка покорно подчинилась и крепче обхватила мои плечи, позволяя приподнять одну ее ногу.

Аккуратно, чтобы не причинить боли промыл внутреннюю поверхность ее бедер и скользнул мыльными пальцами вдоль розовой плоти, невесомо касаясь клитора.

Рыженькая закусила губу, острые ноготки впились в мои плечи, а изящные бедра дернулись навстречу.

— Тогда давай лучше не будем…? — глянула на меня как доверчивая куколка и меня коротнуло. Пальцы чуть сильнее надавили на ее плоть непроизвольно, просто потому что опять перестали слушаться, и она охнула, размыкая пухлые губы, в которые я тут же впился.

— Давай не будем… — мой ответ тоже утонул в поцелуе и дыхание снова оборвалось. Ощущал как теплые капли стекают по нашим телам, по лицу, по губам, которые сейчас будто в ленивой схватке касаются, сминают, дразнят. У этого поцелуя не было цели соблазнить, у этого поцелуя одна единственная миссия — кайфовать от происходящего. Чувствовать, растворяться, гладить, подталкивать.