Бляаадь!

По телу прокатывает острая волна возбуждения.

— Не смотри на них, извращенец!

— Сама такая!

Полина уже надела нижнее бельё и тут же вырвала купальник у меня из рук.

Выезжаю с парковки, слушая её напряжённое дыхание.

Атмосфера какая-то тяжёлая, надо бы разрядить обстановку. Банально просто отвлечься….

Подключаю айфон к аудиосистеме машины. Врубаю панк-рок, и жду, когда систер начнёт вопить, чтобы я выключил. Но, к моему удивлению, она не только не просит выключить, а даже подпевает моей любимой группе! Смешно трясёт волосами и настукивает в такт воображаемыми палочками по воображаемой барабанной установке!

— Тебе тоже нравится «Ramones»?

— Ага! — беззаботно отвечает, глядя в окно. — Я пока была в Майями, всё время их слушала.

— Почему ты оттуда раньше вернулась?

И зачем я спрашиваю? Мне же неинтересно!

— С матерью поссорилась, — пожимает плечами.

Вспоминаю развратную мачеху и уже в очередной раз удивляюсь тому, как такое порочное существо могло вырастить такую милую, невинную и… ТАК! ПРОСТО СЕСТРУ!

Снова мотаю головой. Чёрт! И когда я уже привыкну думать о ней без умысла?!

— Из-за чего поссорились? — говорю монотонно, стараясь не смотреть на неё.

— Да так… вообще это не твоё дело! — внезапно краснеет и огрызается.

Хмурюсь и молчу.

— Извини, — качает головой Полина. — Ты не виноват, что спросил… Просто я остро реагирую на всё, что связано с матерью…

— Да уж, — усмехаюсь. — Она у тебя тот ещё фрукт…

— Почему? — Полина хмурится. — Она сделала или сказала что-то не то?

Да, малышка, вообще, до хуя всего «не того» творит твоя сумасшедшая мамаша. Но я тебе об этом говорить не собираюсь. Иначе вы снова с ней поссоритесь.

— Нет, — отвечаю с деланным равнодушием. — Просто заметил, что твоя мать довольно эксцентричная, не более того.

Полина оборачивается ко мне и несколько секунд молча вглядывается в моё лицо. Потом вздыхает и снова отворачивается к окну.

Мы уже подъезжаем к парковке колледжа, и я останавливаюсь.

— Приехали, Пончик.

— Эй! — она морщит свой милый носик. — Не называй меня так!

— Почему это?

— Меня только мама так называет.

— Ну… я же тоже родственник?

Оборачиваюсь к ней, и в этот момент мы оба чувствуем неприятное напряжение от этих слов. Твою ж мать! Чёрт меня за язык дёрнул сказать это!

Полина краснеет. и её щёки становятся яркими словно наливные яблочки."

"— Ладно, мир? — протягиваю ей ладонь для рукопожатия. Когда она так мило смущается, я даже готов простить ей то, что она закрасила мою картину. Я тоже вёл себя дерьмово, так что можно просто забыть всё, что было между нами и просто начать с чистого листа. Как брат и сестра.

— Мир, — наконец отзывается Полина. Жмёт мою ладонь и открывает дверь.