В этот момент мимо нас проходит та самая брюнетка, что пятнадцать минут назад бойко отсасывала мне наверху.

— Эй, детка! — хватаю её за запястье, заставляя остановиться.

— Да? — пошлая полуулыбка и томный взгляд из-под полуприкрытых век.

— Знаешь Геру? — спрашиваю в лоб.

— Я… — брюнетка запинается, глядя на капитана. Знает она его. Конечно, знает. Его весь наш мажорский колледж отлично знает!

— Он только что рассказывал мне, как сильно ты ему нравишься! — с этими словами встаю и толкаю брюнетку Герману на колени.

Он охуевает от такого поворота, но столкнуть девку с колен не спешит. Бож, надеюсь, она рот успела прополоскать от моей спермы!

Пользуясь его замешательством, беру пышущую жаром блонди за руку и тащу за собой.

Она с трудом перебирает ногами, когда мы взлетаем по лестнице на второй этаж.

Открываю вторую слева дверь. Бинго! Как раз ванна!

— Иди сюда, — тащу её за собой и закрываю дверь за замок.

Малышка смотрит на меня расширившимися от удивления глазами и хлопает ресницами. Блядь… она невысокая и очень изящная. Возбуждение и алко нехило ударяют в голову, вытесняя все трезвые мысли.

— Мне очень жарко… — шепчет, кусая пухлые губы. Её грудная клетка быстро ходит вверх-вниз под тонким топиком.

— Ничего, детка, — наступаю на неё, оттесняя к душевой кабине. — Сейчас я тебе помогу…

Глава 2

Полина

По телу прокатывает странная, пугающая дрожь. Сердце заходится в рваном ритме. Мне жарко… везде! Лоб и щёки пылают от этого жара, словно я стою возле раскалённой печки! Но что ещё хуже, что между ног тоже горячо… горячо и очень влажно. Не понимаю, что со мной происходит, но сумасшедшая пульсация просто не даёт нормально думать!

А тут ещё и он. Это парень. Прямые каштановые пряди волос падают на лоб. Обаятельная усмешка не сулит ничего хорошего. И почему от вида его чуть прищуренных тёмных глаз меня знобит ещё сильнее?

Во рту пересыхает, и я отступаю от него словно он — это те самые языки пламени, что пожирают меня изнутри! Кажется, если разрешить им себя лизнуть, я сгорю дотла!

— Ничего, детка, — хищная усмешка делает притягательные черты его лица более жёсткими. — Сейчас я тебе помогу…

Парень поворачивает голову на бок, а затем зачем-то стаскивает через голову свою чёрную худи. На его предплечьях есть две небольшие татуировки, но я не успеваю их разглядеть, потому что в следующий момент эти руки ловят меня в капкан, упираясь в стекло душевой по обе стороны от моего дрожащего тела.

Боже… кажется, я поймана!

— Ты… зачем… разделся… — лепечу, пытаясь совладать с томлением внизу живота, что с каждой секундой становится всё сильнее. Мамочки! Когда я так плотно свожу вместе ноги, клитор отзывается незнакомым острым током.