Кто-то скажет – мрачно, но лично мне это очень нравится.

Вот, потянуло меня на лирику. А чем мне сейчас еще заняться? Все вроде при делах, а я один получаюсь – не пришей, не пристегни… Ирина возится со своей подопечной, Сосо, переговорив со мной, теперь о чем-то горячо спорит с Ниной Викторовной, а я пока просто неспешно прогуливаюсь по палубе и дышу соленым морским воздухом.

А вот идет мне навстречу еще один, такой же одинокий и неприкаянный, как и я. Государь-император собственной персоной. Похоже, что его что-то мучает. Вон, как он ходит туда-сюда по баку, от шестидюймовой пушки до боевой рубки и назад.

И лицо у него какое-то озабоченное. Догадываюсь, почему он так волнуется – переживает, бедный – как пройдет встреча его в новом качестве в Петербурге. И как поступить с мятежными родственниками?

По идее, надо судить их строго и отправить туда, куда Макар телят не гонял. Но лица императорской фамилии суду не подлежат. Хотя прецедент был. Петр I приказал судить своего сына и наследника царевича Алексея Петровича. И тот был приговорен к лишению живота. После чего отдал Богу душу в Петропавловской крепости при весьма странных обстоятельствах.

То ли придушили его, то ли сам помер.

Сможет ли император Михаил Александрович поступить так же, как его великий предок? Тем более что выбора-то у него и нет. Прощать такое просто невозможно. Простишь – жди очередного мятежа и покушения на священную особу государя-императора…

Похоже, что я угадал. Михаил, заметив меня, вдруг сломал свой накатанный маршрут, решительно повернул в мою сторону и, подойдя, приветливо поздоровался со мной.

– Вышли подышать воздухом, Николай Арсеньевич? – спросил он.

 – А ведь действительно, в каютах немного душновато.

– И это тоже, – ответил я. – Но вижу, Михаил Александрович, что вас гнетет что-то. Если это в моих силах, то буду рад помочь вашему величеству – хоть советом, хоть делом."

"– Ох, – то ли пробормотал, то ли простонал император. – Видите ли, Николай Арсеньевич, я хочу надеяться на то, что ваши профессиональные, как вы изволили выразиться, качества, о которых я уже слыхал, вряд ли будут востребованы в этот раз. А вот совет ваш мне бы не помешал.

Да, действительно, меня заботит наше возвращение в Петербург.

Видно, не все ладно в Датском королевстве, раз уж среди бела дня произошло покушение на моего брата и следом за этим начался мятеж гвардейцев. Что же все-таки произошло?

Я немного задумался, а потом ответил:

– Насколько мне известно, сейчас в Петербурге этими делами довольно плотно занимается Александр Васильевич Тамбовцев. Вы должны помнить его по встрече на Байкале. Старый конь, как говорится, борозды не испортит. Да и генерал Ширинкин свое дело знает.