Сестра всхлипывала и громко шмыгала носом, из-под него потекло.

— Иди вымойся, Даш. От тебя мужиком несет! — сказала я.

Сестра все еще обиженно моргала наращенными ресничками.

Меня внезапно проняло злостью: вот же дурочка, а! Дурочка!

Я на ее учебу два с лишним года платила, а до этого откладывала каждую копеечку, желая, чтобы она отучилась, получила профессию, чтобы не барахталась в этом болоте небольшого провинциального городка, как я. Или чтобы, если вдруг она хотела бы остаться, ее жизнь сложилась иначе. Лучше, чем моя, легче.

А она — что?

Учебу бросила…

Ладно, пусть бросила, если бы нашла занятие по душе, хоть чем-то помогала семье, нам с мамой и Янкой.

Но что в итоге?

Сестра болталась с места на место, порхала, «искала занятие по душе», как она сама говорила.

Я со счета уже сбилась, сколько всяких этих занятий она перебрала, сколько начатых и брошенных курсов — и онлайн, и в реале.

И ни-че-го!

Ничего, абсолютно!

Я билась, как рыба об лед, тянула лямку за всю семью, а эта лентяйка и пальцем о палец ударить не хотела, чтобы помочь нам.

Даже сегодня!

Та ситуация, что случилась сейчас — кошмарная авария, нужны деньги, нужна банальная помощь!

И что — сестра?

Ладно, не буду лезть в ее кошелек с личными расходами. Тратится на салоны? Черт с ней, пусть тратится!

Но могла бы прийти и посидеть у Янки…

Ведь маме завтра на работу, она до сих пор в котельной на ТЭЦ трудится. Там такие сложные условия работы, а платят — сущие копейки!

— Что ты стоишь? — прикрикнула я. — Бессовестная! Говорю, вымойся живее! И чтобы завтра я не видела, как ты страдаешь от безделья! Надоело!

— А я вообще из дома… Уйдууууу! — бросилась с ревом в мою сторону.

Я не ожидала такого броска.

Все произошло так быстро.

Неожиданно.

Вот она ревет, вот ее перекошенное лицо так близко от моего.

Вот толчок ладонями в грудь, и я лечу, лечу…

Взмываю вверх, на миг ловлю состояние невесомости — сладкое, щемящее, острое.

Ловлю этот небывалый миг только для того, чтобы упасть.

Острая боль, чернильная темнота перед глазами…

Глава 4

Она

Звонок.

Звонок.

Звонок.

Как настойчивая пчела, громкий звук дверного звонка ворвался в черноту, разделяя ее, кромсая ослепительными полосами света.

Я с трудом оторвала голову, открыла глаза.

Во рту — привкус крови, голова тяжелая, мокрая.

Рядом суетилась сестра.

— Настя. Настя! На-Настя! — крикнула она.

Ее губы дрожали.

— Все хорошо, правда? Ты… поскользнулась что-то! — лепетала она, силясь меня придержать. — Напугала. Ты же меня видишь, да? Хорошо видишь? Вот и умница, вставай, вставай, здесь полы холодные! А пальцы? Пальцы мои видишь? Сколько пальцев? Три, да? Три же...

— Десять, — ответила внезапно пересохшим голосом.

Сестра отшатнулась, будто я сказала что-то не то.

— Все будет хорошо. Я… Я на помощь позвала.