Извини, я сама не знаю, что на меня нашло, когда я решила его открыть.

Богдан не стал вынимать тест из горстки мусора, пошел и выбросил его. Он вернулся, я все никак не могла найти себе место. Вернее, решила закончить разговор и подбирала слова.

— Ты посмотрел не все, — заметила я. — Там еще снимок узи.

Богдан едва мазнул взглядом в сторону коробки и сосредоточил взгляд на мне.

— Она довольно настойчива и очень уверенно ведет себя. Будто хозяйка…

Он ругнулся вполголоса.

— Извини, мой прокол. Хелен бывала у меня в доме от силы один или два раза, но охрана и прислуга ее запомнили.

— Еще бы. Она такая яркая.

— Только не говори, что ты считаешь ее ярче себя, — покачал головой.

— Разве это не так?

Мне пришлось вздернуть подбородок, чтобы посмотреть в глаза Богдану. Он приблизился, встал так, что наши дыхания смешивались.

— Ты яркая, привлекаешь взгляд и без мишуры, которой она обвешана и накачана с головы до ног, — севшим голосом произнес он, медленно опустив взгляд на мои губы. — Смотря на тебя, я только и думаю о поцелуях, сердце вылетает из грудной клетки, все стирается, становится неважным.

— А когда смотришь на нее?

— Только о том, во сколько мне обойдется… очередная нестандартная поза, — откровенно признался.

Мои щеки вспыхнули от такой возмутительной правды.

— Ваши позы привели к ее беременности."

"— Это еще надо проверить, — отрезал он. — Мой ребенок или нет. Я не сообщал Хелен, куда и зачем я поехал, но она сразу же начала мелькатьь так часто, как не мелькала ранее. Беременность случилась очень вовремя… Я не дурак, Настя. Понимаю, как расчетливые дамочки могут вертеть фактами, а Хелен — неплохая бизнес-вумен, поэтому я все проверю. Понятно?

— Это твоя жизнь, твой потенциальный ребенок. Тебе решать.

Я хотела сделать шаг в сторону, он задержал меня за плечи.

— Не совсем так. Тебя это тоже касается. Напрямую, — подчеркнул. — В моей жизни есть Яна и… надеюсь, будешь и ты. Если дашь шанс…

Я едва не упала.

— Что? — не поверила своим ушам. — Мне показалось или…

— Не показалось! — заявил он, обдав меня взглядом, жарким, словно кипяток. — Я знаю, нам сложно восстановить доверие. Но после твоих слов о прошлом, я много думал. Теперь, умудренный опытом, понимаю, что многое выглядело слишком броско, нарочито. Били уверенно. Знали, куда и как, — сделал паузу. — Мне надо было все проверить. Надо было! — выдохнул громче.

Богдан отошел, опустился в кресло, растер усталое лицо ладонями:

— Я закопался в обиде на тебя и на многое смотрел только через призму обид. Последние события заставили меня встряхнуться, пелена с глаз не то, чтобы упала полностью, просто значительно побледнела. Меня до сих пор корежит ревностью. Представляешь? Нет, ты и представить себе не можешь… — сжал кулаки.