Электронные часы показывали «02:17»

— Вячеслав, какого х…

— Вы говорили, дело срочное. Я все узнал. Сейчас отправлю вам информацию по номеру человека, приславшего вам сообщение, и данные по держателю карты.

— Так, что, мошенники или как? — поинтересовался я, мечтая о глотке воды.

— Нет, — непродолжительная пауза. — Я вам все отправил. Посмотрите. У девушки, на чью карту просили перевести деньги, действительно, есть дочь, пострадавшая в автомобильной аварии. Может быть, просто ошиблись цифрой при отправлении сообщения? В любом случае, это не мошенники.

— Спасибо, Вячеслав. Доброй ночи.

— Доброй ночи, Богдан Алексеевич.

А вот ни хрена…

Едва я открыл сообщение от ассистента, как сон рукой сняло.

Я едва не подпрыгнул, жадно вчитываясь в имя, вглядываясь в фото…

Сердце в груди грозило выпрыгнуть — так неожиданно было увидеть ее, спустя несколько лет.

— Настя? — спросил вслух, будто она могла меня услышать. — Ты родила, что ли?!

Глава 2

Она

— Спасибо, мамуля, что пришла!

— Иди домой, поспи хоть немного, — покачала головой мама. — Совсем лица нет, одни глаза остались!

— Вообще-то я на работу пойти планировала, там сейчас завал, рук не хватает!

— Рук всегда не хватает! — резонно заметила мама. — А еще знаешь чего не хватает? Наглости! Ты директор магазина или кто? То на кассе стоишь, то кефиры расставляешь, то витрину трешь. Рабочие у тебя для чего?

Мама привычно начала ворчать. Для нее само слово «директор» имело важную значимость. Я тоже думала, что заживу намного лучше, когда займу должность повыше!

В итоге денег от новой должности прибавилось не так много, как обязанностей.

Теперь ошибки всего персонала — мои ошибки, и когда рук не хватает, то кто приходит на помощь? Правильно, Анастасия Михайловна, или как меня чаще называют «Настась Михална».

Вот так в тридцать с небольшим получаешь прозвище, будто у тетушки какой-то, а что потом? Будут звать, как бабульку, «Михална»?

Я даже представила, как это будет выглядеть. В другой раз, наверное, даже бы улыбнулась, но сейчас усталость брала измором и практически валила меня с ног.

Я даже зевок ладонью прикрыть не успела.

— Вот-вот, — заметила мама. — Иди поспи. Работа, не волк, в лес не убежит.

— Пожалуй, ты права. Яне намного лучше, я вздремну дома немного.

— Я щей наварила, поешь. И пирожки должны были остаться, в чашке под полотенцем. Все, иди! — мама поцеловала меня в щеку. — Без тебя разберемся.

— Хорошо, мамуль! Я только последний раз Хулиганку поцелую и все.

— Не разбуди, — строго добавила мама.

Впрочем, она производила куда больше шума, раскладывая из пакетов тормозок и пряжу, клубки со спицами.

— Как раз довяжу носки… — сказала она самой себе. — Отопление еще не подавали, и неизвестно, когда ремонт трассы закончат.

Я наклонилась над дочкой.