– Я знаю человека, который поможет мне в этом."

"Я роюсь в кармане толстовки и достаю наличные, которые принесла с собой. Отрываю несколько крупных купюр и отдаю Десмонду, но он отказывается их взять.

– Кимми, ты серьезно? Я похож на человека, который берет деньги у друга, когда он в дерьме?

– Этомойплан, и расплачиваться за него должна я.

Десмонд выглядит не на шутку рассерженным.

– Убери деньги и продолжай.

Под его свирепым взглядом я возвращаю купюры обратно в карман.

– С завтрашнего дня тебе нужно быть на виду, чтобы у тебя было алиби, – я тяжело вздыхаю.

 – И завтра я в последний раз приду в школу, а потом исчезну. После этого ты будешь вести себя так, будто не знаешь, что со мной произошло. Но, как друг, будешь взволнован моим внезапным отсутствием.

– Что я должен сказать твоему отцу?

– Ты предупредишь его, если он обратится в полицию или наймет детектива, то ты убьешь меня. И начнешь отправлять ему каждый день по одной отрубленной части моего тела, – я усмехаюсь.

– Кимми, – Десмонд яростно качает головой. – Давай ты забудешь о своем безумном плане. Я просто дам тебе деньги, чтобы ты смогла вернуться к маме в Англию…

– Нет! – я хмурюсь.

 – Я не возьму твои деньги. Твоя семья и так сделала для меня слишком много.

Если судить по тому, как сильно сжимает челюсть Десмонд, ему явно не нравится моя идея.

– Послушай, я просто хочу добиться хоть какой-то справедливости. Я еще никогда в ней так отчаянно не нуждалась. Мой отец знал, что…он, –у меня до сих пор не получается назвать своего насильника по имени, – имеет склонность к насилию, но продолжал сводить меня с ним. И я не уверена, что отец остановится даже после того, чтоонсо мной сделал.

Кроме того, Льюис точно замешан в том, чтобы мое дело ""замяли"". Неужели на моем месте ты бы не хотел его проучить?

Десмонд резко вздыхает.

– Мне это ни хрена не нравится, Кимми.

– Мой отец заслуживает подобного урока. И ты знаешь, что я права.

– Если ты хочешь его проучить, я могу его хорошенько отделать.

– Это не выход, – я качаю головой. – Деньги – единственное самое ценное, что есть у отца.

– Тогда с него нужно потребовать гораздо больше, чем пять миллионов, – парирует Десмонд.

Я опускаю голову и потираю виски. Десмонд прав.

Льюис заслуживает того, чтобы лишиться всех денег, которые у него есть, потому что это бы стало для него огромной потерей. Вот только я сомневаюсь, что мой родной отец готов заплатить за меня достаточно высокую сумму.

– Отец не отдаст за меня больше, – шепчу я. – Он всю жизнь рассматривал меня, как выгодный проект. А с тех пор, что со мной сделали… – меня начинает тошнить, становится трудно дышать. – Я стала для него уцененным товаром. Ему плевать на меня.

Все внутри меня падает, слезы застилают глаза.