Ариша горячо поддержала: - две! Можно, без ягод, и не печь! Просто, творог во-о-он, в ту мисочку положи, и будешь от всех хлопот свободна! Кто тебе ещё поможет, если не я?

- Орешка, не наглей, - Ирина махнула полотенцем на наглую коричневую морду, умильно выглядывающую из-за стола. – Ты тоже получишь творог, только одновременно со всеми. А, то, знаю я тебя – сейчас съешь, а, как мы сядем за стол, будешь изображать «голодающую с Поволжья». Твоя беда, Ариша, что у тебя очень короткая память на еду: отошла от миски и сразу забыла, что уже ела.

По привычке, напевая и пританцовывая, она колдовала над блюдом, когда на кухню влетел взъерошенный муж.

- Ир, они сейчас будут здесь! Вернее, они УЖЕ здесь!

- Кто? – в голове пронеслось версии  – от полиции до инопланетян.

- Родители!

- Чьи, твои?

- Твои тоже! Они объединились, сговорились и сейчас стоят у ворот! Что делать будем?

- Открывать ворота, что же ещё? – вздохнула девушка и оглядела свой простенький домашний халатик. – Надо мне переодеться, а, то  твои решат, что я не тяну на роль  жены олигарха, а мои – что ты держишь жену в черном теле. Придется позвать Светлану Дмитриевну и попросить её закончить готовку."

"- Ира, но времени нет! Отец позвонил от КПП. Вернее, это с КПП позвонили – пропускать или нет. Они пешком уже десять раз дошли бы, пока мы тут разговариваем.

Раздалась трель звонка, и доберманша ломанулась на улицу – оповещать, что охрана не спит.

- Что у вас? –  привлеченная топотом, в дверной проём заглянула экономка.

- Ох, как хорошо, что вы уже встали! – облегченно воскликнула Ирина. – Вот здесь – запеканка с малиной, здесь – с вишней. Я почти всё успела, вам только перемешать, разложить по формам и проследить, как запечётся.

- Наши родители нагрянули, - пояснил Виктор. – Без предупреждения.

- А, так это они там трезвонят? – спокойно уточнила Светлана Дмитриевна. – Идите, встречайте, а я здесь закончу.

- Ваша рука…

- Уже не болит. Вполне справлюсь! Идите, пока папы нам ворота не выставили.

Молодожёны переглянулись и бросились по комнатам – приводить себя в более-менее приемлемый вид.

- Ну, здравствуй, сын! – сердито проговорил Крез-старший, когда Виктор, наконец, открыл ворота. – Мы уже думали, что нам придется здесь до вечера торчать, соседей веселить. Под дверями у родного сына!

- Здравствуй. Мы…

- Ты что, не видишь – они спали ещё, - перебила Таисия Сергеевна. – Здравствуй, сынок! Здравствуй, дочка! Идемте в дом! На самом деле – стоим, представление показываем.

- Все соседи еще спят, - буркнул Виктор, обнимая мать.

Следом за Крезами на участок прошли и Славичевы. Процедура приветствия повторилась, только, на этот раз, выговор был адресован Ирине.

- Куда это годится, дочь? – возмущался Славичев-старший.