Но у кого больше денег тот выглядит намного лучше. Вольфганг остановил коня у трибуны, где сидела виновница торжества прекрасная Кьюнгонд, шестнадцатилетняя красавица, с синими, как моря глазами, она благосклонно улыбнулась Вольфгангу, когда он прочитал со всем пылом ей оду. А на обеде сам вызвал трех рыцарей на поединке. А сейчас это.

- Конрад, мы же с тобой одинокого роста и мы с тобой похожи. Пожалуйста, матушка не переживет если со мной что – то случится.

Этот аргумент Конрада сразил. Маргрезэ стала для него настоящей матерью, и он видел, как она любит Вольфганга и перед отъездом он поклялся ей, что с ним ничего не случится. – Хорошо. – Он прекрасно владел всеми видами оружия и прекрасно ездил на коне. Но оставался оруженосцем у Алрикуса фон Герца, но сейчас он стал оруженосцем у его сына.

Два боя он выиграл, но вот третий бой с Кроненбергом чуть его не убил, они столкнулись копьями, оба копья сломались, но оба усидели в седлах, вернувшись обратно, он увидел испуганный взгляд мальчишки, который подавал ему копья и только сейчас почувствовал боль, осколок копья вошел между стыками доспехов, плечо загорелось адским пламенем, копье выпало из рук. Он с трудом вытащил щепку и поднял копье. Он должен. Сквозь боль он все таки свалил Кроненберга и вернулся обратно.

- Мы…должны.. уходить..- Прошептал он Вольфгангу, когда в палатке сумел снять доспехи и всю в крови рубаху, один из слуг перевязал его.

- Я хочу увидеть победителя турнира – раздался голос Кьюнгонд

Вольфганг заметался по палатке.

-Одевай, мою рубаху и ложись в кровать – Прошипел Конрад, накрывая его одеялом. – Моя госпожа, мой господин ранен

- Я знаю – она оттолкнула его и вошла в палатку. Больше часа она восхищалась смелостью Вольфганга и, выходя, обещала, что будет рада его видеть на праздничном ужине в честь победителя и обещал прислать своего врача, что было опасно.

Конрад был уже полубессознательном состоянии, когда сумел объяснить счастливому Вольфгангу, что всех удивит резвость победителя, который после ранения еще сможет танцевать и веселиться всю ночь и что врач не слепой он уведет, кто ранен. И надо срочно уезжать. Через несколько дней они были дома, хотя Конрад и не помнил пути. Конрад он пришел в себя, рядом сидела Маргрезэ.

- Спасибо!- Прошептал она, и поцеловала его.

Через несколько дней Конрад встал на ноги, а когда вышел во двор то увидел интересную картину, во дворе замка стоял монах и держал за узду лошадь, а к лошади жался маленький черный жеребенок, хотя кобыла была рыжая.

- Не возьмешь жеребенка? – Обратился монах к Конраду.

Конрад отрицательно покачал головой.