За него, — опустила она взгляд на живот.

— Тогда вдвойне за тебя рада. Ребенок от любимого мужчины — это…

— Это продолжение мига бесконечности любви, — подсказала Катя.

— Точно! — с ходу согласилась Ольга. — Ну что? Ты на машине? — уточнила она. — Тогда тихонько, не торопясь, домой. Собираешь вещи в больницу, вызываешь такси и… В добрый путь! — протянула она направление. — Тебя там уже будут ждать.

— В добрый, — кивнула Катя. — Спасибо тебе.

— Не меня надо благодарить, — замотала та головой и показала взглядом наверх: — А того, кто услышал твои молитвы, простил тебе твои грехи, если они были.

— Были… Но больше их нет, — подумав о чем-то своем, ответила Катя и направилась к выходу: — А ведь у меня сегодня день рождения! — обернулась она.

— Правда? Поздравляю! Жаль, подарка нет…

— Так ты меня уже поздравила самым дорогим подарком на свете!

— Ну тогда береги его!

Покинув медицинский центр, Катя остановилась на крыльце, еще раз раскрыла направление.

«Беременность 5 недель. Угроза выкидыша», — прочитала она диагноз, спрятала листок в сумку и опасливо глянула на ступеньки, поблескивающие в лучах опустившегося к горизонту зимнего солнца.

«Самый красивый диагноз в мире: беременность, — осторожно спускаясь вниз, с нежностью подумала она. — Я уже люблю тебя, малыш, — подойдя к машине, она снова провела ладонью вдоль живота и закрыла глаза: — Я все отдам ради тебя, на все готова. Отныне и навсегда мы с тобой вместе, — словно дала она клятву и вдруг… — Так вот почему во сне я слышала колокольный звон! Как благословение», — подумала она, улыбнулась и прошептала: — Спасибо!

«Миг бесконечности любви, — взглядом из окна Ольга проводила машину Кати. — Надо же: столько лет работаю, а никогда об этом не задумывалась. Надо с Сашей вечером поделиться».

— Позови следующий миг бесконечности любви, — попросила она отлучавшуюся из кабинета медсестру и добавила: — Да-да, именно так, — и улыбнулась недоуменно посмотревшей на нее девушке…"

"Включив настольную лампу, Вадим который час сидел в кабинете отца и пролистывал его дневниковые записи. Он не открывал их много лет. С тех самых пор, как поехал в Германию и познакомился с Флемаксом. И даже в кабинет старался не заглядывать без надобности, как и бывать в родительской квартире.

Сложно сказать, что мешало. То ли чувство вины, которое закостенело в его душе, то ли что другое. Фактически сегодня он впервые решил ночевать здесь по собственной воле. Как и впервые не захотел остаться на Сторожевке. По одной простой причине: настолько пусто и холодно, как сейчас, прежде там никогда не было. Он прочувствовал это сразу, едва переступил порог…

Выехав днем от матери, он все же решился и набрал номер Кати. Телефон был отключен.