— Так и что из этого следует? — спросил я.

— Как только проклятье покинет дом, оно может засесть в ком-то из присутствующих в виде недугов, — произнёс Никодим. — Я не уверен… Мне об этом рассказывали ещё в духовной семинарии. Всего один раз. Но похоже, что прямо сейчас проклятье пытается извести домового. Не спасём его — и весь ритуал пойдёт коту под хвост.

А если учесть, что раньше домовой был связующим звеном между домом и проклятьем, сложно даже представить, что произойдёт после его смерти. Суть я уже уловил. Нечто подобное я находил в трактате Асклепия.

Правда, там живое проклятье автор относил к бестелесному биологическому существу, которое способно меняться и адаптироваться, в зависимости от условий окружающей среды.

Я отстранился от всех нахлынувших на меня мыслей и вернулся к осмотру Доброхота.

Далеко не факт, что у него инфаркт. Приступ длится не более десяти минут. Возможно, это обычная ишемическая болезнь сердца.

Стенокардия.

— Михаил! — крикнул я жрецу. — Кинь мне сюда мою сумку! Она у входа осталась.

Жрец, держась за ушибленную голову, промчался через гостиную, уклоняясь от падающих щепок.

Вскоре я получил свой драгоценный арсенал — тонометр и фонендоскоп.

— Да всё, Мечников, плевать уже… — пропыхтел Доброхот. — Не можешь помочь — не мучай. Дай помереть спокойно…

— Да погоди ты! — перебил его я. — Дай спокойно давление померить.

А давление у Доброхота рухнуло. Не удивительно, что его смуглая кожа, покрытая толстым слоем волосяного покрова, так сильно побледнела. Я приложил головку фонендоскопа к верхушке его сердца и прослушал тона.

А они, между тем, слегка ослабли. Вряд ли это инфаркт миокарда, но он вполне может произойти, если я прямо сейчас не купирую возникшее состояние.

Я заставил коронарные артерии сердца расшириться и дал команду лекарской магии — растворить тромбы и атеросклеротические бляшки. На всякий случай, а вдруг у домовых они тоже имеются!

— Легче… Легче немного, — прошептал он. — Но всё равно сознание куда-то уплывает… Ох, а я ведь так хотел пожить хотя бы ещё чуть-чуть! Найти свою домовиху, съехать от вас к чёртовой матери…

Я услышал грохот над своей головой. Это дядя с Михаилом поставили прямо на нас с Доброхотом стол, чтобы защитить от падающих с потолка обломков.

А сами скрылись в другой комнате вместе со старшим жрецом.

И тут я вспомнил сразу о двух препаратах, которые могут сэкономить силы мне и помочь Доброхоту восстановиться.

— Ну что, соседушка, готов стать моим новым подопытным кроликом? — усмехнулся я, достав из сумки одну колбу и один мешочек с порошком.

— А у меня есть выбор? — пропыхтел он. — Слушай, Алексей, на случай если я умру…

— Да не умрёшь ты, вот, — я приложил колбу к губам Доброхота.