Я совсем не это имел в виду, — испуганно проблеял в ответ военный комендант. — Машина ждет во дворе. Если вы готовы…

— Я — всегда готов! — отрезал генерал-губернатор и решительным шагом направился к выходу из кабинета. Комендант покорно посеменил за ним.

Когда князь Зубов вернулся обратно в свою загородную резиденцию, выглядел он не важно. Залив в себя изрядную дозу коньяка, он устало опустился в кресло. В этот момент раздался режущий слух громкий телефонный звонок. В такое время беспокоить его могли только по очень срочным вопросам и только самые приближенные к его особе люди.

Хотя, таких за последние дни стало на два человека меньше."

"Генерал-губернатор достал из внутреннего кармана телефон и удивленно уставился на экран. Звонила жена. Это было настолько необычно — она никогда не беспокоила его в такое время — что он поначалу даже не стал брать трубку. Положив настойчиво звонящий телефон на стол, он вернулся к бару и налил себе еще коньяка. Изрядно пригубив, он вновь уселся в кресло. Все это время телефон не умолкал.

У Михаила Петровича начала раскалываться голова от этого пронзительного звонка.

Он нервно потянулся к телефону и выключил звук. И вот, наконец, спустя какое-то время, настырная супруга оставила попытки дозвониться. Михаил Петрович с облегчением вздохнул и отхлебнул из бокала. Но спокойствие его продолжалось недолго.

Через полминуты на экране смартфона всплыло сообщение: «Что происходит, Миша? Это видео во всех новостях. Скажи мне, что это неправда.» А дальше следовала ссылка на один из центральных новостных каналов.

Будучи уверен, что его мнительной супруге снова что-то почудилось, Михаил Петрович раздраженно нажал на ссылку и сделал большой глоток из бокала.

Когда он увидел заголовок открывшейся новости, то поперхнулся, прыснул коньяком на стол и натужно закашлялся. «Человек, похожий на генерал-губернатора приграничного региона, садистки изнасиловал и убил на камеру несовершеннолетнюю девочку.»

Михаил Петрович с замиранием сердца нажал на кнопку воспроизведения. Даже на почти полностью заблюренном фрагменте он узнал себя. Это был точно он. Без вариантов. На экране проигрывался кусок видео из его личного секретного архива. Единственный клип, где в кадре присутствовал он сам.

По непреодолимой прихоти, а точнее даже извращенной похоти, он оставил у себя это видео. Оставил его, как маньяк, хранящий, вопреки доводам разума, вещи своих жертв. Оставил его на свой страх и риск. И поплатился.

Генерал-губернатор с трудом поднялся с места и на непослушных ногах дошел до книжного шкафа со своим бюстом. На одних рефлексах он дотронулся пальцем до замаскированного датчика, чтобы отключить сигнализацию, а потом взял в руки свое мраморное изваяние.