Хотя, они всегда плакали и…

— Это мысли завтрашнего дня, — прошипел сам на себя охотник, а затем, сложив лапы колодцем, чтобы голос стал эхом и было труднее определить откуда он звучит, прокричал: — Как же ты выпьешь мозги, если разобьешь череп? Они ведь растекутся!

Грохот дубины, бьющей кусты ягоды, стих. Земля успокоилась и замерла. Только шумные вдохи и выдохи каменных ноздрей. Сколько времени пройдет до того, как запах ягод выветрится и тролль снова сможет учуять добычу — Арди не знал.

— Где ты… маленький матабар? — процедила громадина.

— Покажись и сойдемся в битве!

Он загремел, потрясая дубиной-деревом, буквально разламывая землю под кустами, вырывая из неё целые пласты дерна.

— Может лучше каждый пойдем своей дорогой? — так же в лапы прокричал охотник.

— НЕТ! — рявкнул тролль. — Ты помешал… моей охоте, маленький… матабар! Теперь я сожру… тебя!

Арди выдохнул и вжался в ствол. Если тролль действительно состоял целиком из камня, то до его разума вряд ли возможно достучаться. В конце концов — охотник не умел разговаривать с камнями, да и вообще сомневался, умели ли те думать.

Как учил Гута — делая глубокие вдохи, затем ненадолго задерживая дыхание и снова выдыхая, Арди опять посмотрел в сторону гор. До первого скального склона оставалось буквально несколько ловких, быстрых рывков через кустарники. Как учил Скасти, если ты слишком маленький, чтобы победить противника в честной схватке, то стань настолько умным, хитрым и коварным, чтобы у последнего даже не возникало мысли посмотреть в твою сторону.

Эргар всего наставлял, что, как бы это ни казалось неправильным и странным, но лучше всего охота идет именно на территории добычи.

По той простой причине, что когда твоя цель оказывается где-то в незнакомом ей месте, то она куда внимательнее к окружающей обстановке, лучше все чувствует и видит угрозу. А когда в родной стихии, где все тихо и знакомо, то… если охотник умел и осторожен и не выдаст себя лишним движением, шансов на успех больше.

— ПОКАЖИСЬ! — бушевал тролль, практически уничтоживший поляну с ягодами.

Родная стихия каменного тролля — горы.

Там ему все знакомо, но… откуда ему знать, что и для Арди высокие пики Алькады давно уже стали родным ареалом. Он знал каждый подъем, каждый спуск, каждый провал и… каждую расщелину.

— Эй! — охотник выпрыгнул из-за ствола и, подняв камень, метнул в спину здоровяку. — Я здесь! Поймай меня, глупый булыжник!

Не дожидаясь ответной реакции, Арди бросился через кустарник. Сцепив клыки и перетерпев то, как острые колючки резали его бесшерстную кожу, охотник выбежал на небольшую опушку.