Тяжелые бомбардировщики, несущие в перегруз по тридцать пять тонн бомб, с трудом поднимались вдоль узкого серпантина дороги, ведущей на перевал, рыча двигателями, преодолевали высшую точку и ныряли вниз, где был еще один поворот и длинный спуск в долину, освещая себе путь мощными прожекторами.

Тут-то и подлавливали длинные неуклюжие сигары две сотни зенитных установок.

Крупнокалиберные пулеметы, автоматические пушки, четырехствольные спарки винтовочного калибра и роторные пулеметы, которые неторопливо и размеренно, словно в производственном цеху, сначала продавливали массированным огнем магическую защиту.

И когда та с негромким звоном схлопывалась, вспарывали тонкий металл корпуса дирижабля от кормы до носа и тут же замолкали, когда объятый пламенем воздушный гигант падал на камни и подрывался на собственном боезапасе, который не давал ни малейшего шанса выжить экипажу.

Звук боя и взрывов отражался скалами и уходил вверх, не тревожа следующих клиентов мясорубки, и новые и новые корабли втягивались в узкий проход."

"Пушки время от времени перегревались, и тогда эстафету принимала следующая позиция, а у самого устья перевала стоял особый резерв Алексея – шестиствольная установка крупнокалиберных пулеметов, с боезапасом в пять тысяч патронов.

Подполковник Карун, которого назначили наблюдателем этой операции, втайне полагал, что наступит момент, когда молодой (всего шестнадцать лет!) капитан облажается, и он примет руководство на себя, но такого все никак не происходило. Воздушные гиганты Галаста осторожно входили в узкий проход перевала, уходили вниз, поворачивали и практически сразу превращались в гору дымящихся обломков.

Капитан продумал все до мелочей.

Перегрев стволов, задержка при перезарядке, то, что у некоторых расчетов снаряды и патроны закончатся раньше, подумал о горячем питании и толстой зимней одежде.

Кончилось все как-то внезапно. Смолк перестук пулеметов, уханье зенитных пушек и надсадный визг роторных установок.

– Гнездо-один. Цифру.

– Гнездо-один, докладываю. В перевал вошло сто тридцать пять дирижаблей. Класс летающий крейсер – пятнадцать, класс бомбардировщик – сто двадцать.

– Гнездо-три?

– Гнездо-три, докладываю. Ни один дирижабль перевал не покинул.

– Отбой постам. Отбой огневым точкам. Гнездо-два, смотреть небо. Снабжению, пополнить боезапас, начинать кормить людей.

– Снабжение-один принял.

– Снабжение-два принял.

– Ну, что, сен подполковник. – Алексей посмотрел на часы. – Сорок три минуты на весь воздушный флот Галаста. Полагаю, от такого они еще не скоро оправятся.

– Они? – Офицер-наблюдатель покачал головой. – Мне бы самому от всего этого оправиться. Полагаю, вы даже не представляете, какую бурю породили.

Архалл. Королевство Галаст.