Ещё одна неожиданность — поступившая заявка на рекламу через внутренние сообщения рекламной платформы “Коммуник”. Бренд женского секс-белья хочет сделать интеграцию в любом формате, предлагая мне от двухсот тысяч до миллиона рупий — в зависимости от охвата, которое наберёт видео. Забавно. Но на данный момент не слишком интересно. В первую очередь канал мне интересен, как инструмент влияния, а не заработка денег.

Одевшись, топаю в столовую, где Ранна уже заканчивает разбираться со своим завтраком. Айла сразу же уносится на кухню, вернувшись с моей порцией. Так что скоро я сижу за столом, уминая яичницу с колбасками и прикидываю, в каком составе оптимально посетить офис “Чёрной пантеры”.

В принципе, можно ограничиться одной Ранной. Если отталкиваться от новостей, все бойцы Диксит стянуты в те самые укреплённые резиденции, где укрылись выжившие члены семьи. В клубе не должно быть никого из них.

Но там вполне могут оказаться лояльные Диксит люди, которые не относятся напрямую к семье. Плюс, я так и не получил сучьи документы.

Расправившись со своей порцией, достаю телефон и набираю номер Уве Келта. Сбрасывает. Вот же выродок. Сначала навязал мне свои услуги и блондинистую блядь в довесок, а потом решил, что можно не выполнять свои же обязательства?

Положив телефон на стол, чувствую, как в кармане вибрирует второй. Сообщение от Вайла.

“Я уже дома. Отдыхаю. Всё в порядке, если что на связи.”

Выходит финна уже отпустили. И судя по тому кровавому хаосу, который творят Сестии, полностью ему поверили.

Раздумываю, что ответить, когда внезапно срабатывает основной телефон. Перезванивает Уве. Не успеваю поднять трубку, как слышу голос адвоката.

— Я у твоих ворот. Открой, надо поговорить.

Внезапный поворот. Я рассчитывал, что юрист захочет получить денежную компенсацию за свои усилия либо просто уйдёт в глухой игнор. Но не думал, что тот сам заявится ко мне домой, желая поболтать.

— Ты один?

Короткая пауза.

— Маффа со мной. Но она не станет мешать. Нам нужно обсудить дела.

Интересно, какие? Если не считать передачи денег и собственности, никаких иных дел я с ним не вёл. Да теперь и не собираюсь.

— Хорошо. Но предупрежу, без резких движений. В городе творится хер его пойми что и тут все нервничают.

Слышу, как тот хмыкает. Пожалуй я слишком зарвался. Одна относительно успешная операция и решил, что могу спокойно хамить Октавусу, фактически угрожая ему."

"Впрочем, сам Уве реагирует неожиданно миролюбиво. Отвечает, что они не планируют создавать проблемы, после чего повторяет просьбу открыть ворота.

На всякий случай тянусь тонкой частью разума к их машине, которая стоит перед особняком. Чувствую всего три сознания. Сама Маффа, которая находится в весьма расстроенных чувствах, её отец и водитель.