Щедро выразив свою благодарность Алле в виде большого перевода на карту, она поехала прямиком в квартиру родителей, которые должны были быть уже загородом - на праздновании юбилея старого папиного партнера по бизнесу.

Это были уже вторые выходные после того, как они с Артемом помирились. Он действительно был очень занят все это время, работая также в выходные по пол дня, и даже в эту субботу отправился в офис, пообещав освободить для нее все воскресенье. Рина не злилась на него только потому что понимала, каково это - пытаться доказать всем, что действительно хорош в том, что делаешь, а не просто занимаешь кресло, потому что повезло с папочкой. А учитывая, каким страшным и суровым выглядел его отец, ее, по сравнению с Игнатом Валерьевичем, был просто плюшевым мишкой, несмотря на все его упрямство и шовинизм.

Рина решила устроить кое-что особенное, раз уж Тихонов пробудет в офисе до обеда, а у нее выдалось свободное время. В воскресенье они смогут проваляться в кровати весь день, но в субботу ей хотелось приключений, так что с утра, она потратила три часа на свое преображение, а потом, поехала к родителям.

***"

"Дарина избавилась от большинства своей старой одежды, но кое-что сохранила на память. К счастью, для ее любимого наряда из готского прошлого была идеальная погода. Он висел наряду с другой ее одеждой, которую она окончательно так и не забрала в квартиру Артема, потому что действительно хотела сделать там ремонт и пока не видела смысла перетаскивать туда все свои вещи.

Девушка с удовлетворением отметила, что ее короткие черные шортики с дырочками, которые она надевала поверх колготок в крупную сетку, все еще сидели на ней, как влитые. Папа убил бы ее за такой вид, поэтому этот наряд она носила из дома контрабандой в рюкзаке, выходя из квартиры в обычных джинсах. К шортикам идеально подходил темно-бордовый кожаный топ без рукавов, открывающий большую часть живота, поверх которого она носила объемный бомбер, вместе с мотоциклетными ботинками придающий ей вид настоящей крутой штучки, а не просто вызывающе одетой малолетки.

Одевшись, она застыла перед зеркалом, рассматривая себя и словно переносясь в прошлое. Перед ней была уже не Дарина, а Маххалат - девочка, считавшая себя до смешного зрелой и мудрой.

От воспоминаний о своем юношеском максимализме ее пробило на смех. Рина сильно изменилась с тех пор, не только внешне, но к счастью, и внутренне, однако, сегодня, Артем получит именно эту старую - нахальную и безбашенную - версию ее. Он ведь именно об этом фантазировал. Остался только последний штрих.

Достав косметичку, она нанесла темные тени для век и нарисовала себе жирные стрелки, умело растушевывая их.