Он простудился на даче?

– Ждем результаты, – ответил Андрей. – Да, вечером поднялась температура, а накануне в клинике, где он обследуется, был проведен внеплановый осмотр.

– А с Эльвирой? Она... Она переехала к вам или ее еще не выписали?

– С чего она должна переехать к нам? – Андрей снова нахмурился, и на его лбу появились небольшие морщинки. – То есть ты видишь во мне этакого ловеласа, который распыляется на множество женщин? Думаешь, в прошлый раз я пошутил, когда сказал, что не собираюсь связывать себя с ней брачными узами? Или наличие ребенка – это прямая дорога в ЗАГС?

– Не знаю, – я пожала плечами.

Такие выводы я сделала после того подслушанного разговора в приемной.

– На твой счет я еще не определилась. Что-то внутри мне подсказывает держаться от тебя подальше. И я бы, наверное, так и сделала, если бы не Ник... Это ни в коем случае не жалость к твоему сыну, хотя в груди все сжимается, когда я думаю, как он на самом деле одинок...

От хорошего настроения Андрея не осталось и следа, а я поняла, что мне лучше закрыть свой рот на замок, не то меня сейчас оставят на дороге, высадив из машины.

– Эльвира в больнице, у нее порваны связки на ноге, плюс угроза прерывания беременности.

Она пробудет в стационаре еще несколько дней. Да, я больше чем уверен, что она начнет давить на жалость и будет просить ее забрать. Но нервировать и огорчать Ника в мои планы не входит. Я заблуждался, что у Эльвиры есть чувства к моему сыну. Их нет и никогда не появится. Я не отказываюсь от помощи и отцовства, но намерен проверить наличие беременности у Эльвиры в клинике у знакомого врача.

Наверное, он проверял так каждую девушку, которая говорила ему, что беременна от него… Много их было? Он предполагал, что Эльвира была не беременна? Или беременна, но не от него? По сути, какая мне разница? Но когда он переступал мои личные границы и вторгался в них своим чувственным ртом, все же следовало думать о таких вещах.

К тому же я работала на него, и служебных романов заводить не собиралась.

Машина въехала на подземную парковку, и мы вышли на улицу. Поднялись на лифте на двадцатый этаж и остановились у белой высокой двери. До этого дня мне не приходилось бывать в домах миллионеров, я ожидала увидеть все что угодно, и даже огромный бассейн в гостиной вместо обеденного стола.

И я почти не ошиблась… Площадь квартиры была такой, что здесь бы два бассейна вместилось. Я осмотрелась по сторонам, примечая еще и лестницу, которая вела на второй этаж, где, наверное, располагался домашний кинотеатр. Я резко почувствовала себя не в своей тарелке, наглядно увидев пропасть, какая была между моим миром и миром этого мужчины.

– Проходи, – Андрей мягко улыбнулся, заметив мое смятение. – Что-то не так?

Я покачала головой.