"

"— А если она растает, она же упадет в костер… — поднимаюсь со своего места на ноги и подхожу к Асе, устраиваясь рядышком с огнем, присаживаясь на корточки.

— Так она растает только внутри, Варвара Дмитриевна! — слышу смешок рядом от еще одной ученицы по имени Надя, которая, как и все детки, присела у огня с прутиком.

— Забавно, — улыбаюсь и, чтобы не надоедать снова отстранившейся от меня Асе, возвращаюсь на свое место.

— Ребят, уважаемые родители! — появляется у костра отец одного из учеников с гитарой наперевес. — Какую песню споем? — присаживается на свое место и делает пару пробных аккордов.

Губы сами собой растягиваются в улыбку, когда непродолжительно коллективное голосование решает запеть одну из старых военных песен, и звучат первые уверенные аккорды знакомой мелодии.

А я слушаю немного неладный хор, смотрю на ярко переливающиеся угли, на пляшущие язычки пламени и понимаю, сколько же я упустила в своей жизни, растя в другой обстановке. Мои родители всегда косо смотрели на тех знакомых, кто выезжал с семьей за город не в дорогие коттеджи, а в дешевенькие брезентовые палатки с газовыми плитами и кучей теплых кофт. Мама всегда морщилась и говорила, в чем вообще прелесть — отмахиваться всю ночь напролет от комарья и провонять костром насквозь.

А вот в чем. В тишине, потрескивании дров, в пении таких разных, но объединенных, как минимум, одним интересом десятков разных людей.

— Держите.

Ася появляется так неожиданно, что я даже подпрыгиваю. Девчушка держит передо мной на прутике одну из зефирок, которую и предлагает взять.

— Это мне?

Молча кивает, отчего ее длинные хвостики забавно прыгают.

— Спасибо большое, — я аккуратно снимаю поджаренную румяную сладость, и Ася, не говоря ни слова, немного угрюмо, словно если бы она выдала хоть одну улыбку, то предала бы сама себя, уходит и плюхается на стул рядом с отцом. Который смотрит на меня, не сводя глаз. И я отвечаю тем же, просто потому, что не могу отвести глаз от его лица, на котором всполохи огня устраивают причудливую игру теней.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем “хор” замолкает, а я улыбаюсь мужчине и наконец-то нахожу в себе силы отвернуться.

Влад определенно меня зацепил, если такое вообще возможно с первой в жизни встречи. Но глупо это отрицать. Нужно быть честной хотя бы перед самой собой. Он уверенный в себе, умный и невероятно красивый мужчина. Свободный. С которым, встреться мы при других обстоятельствах, может, я и могла бы представить что-то большее. И эта мысль пугает. А еще волнует и заставляет впервые за очень долгое внутренне проснуться моей внутренней маленькой девочке, которая не хочет жить по принципу “я все могу сама”. Ведь именно такой и была моя жизнь последние пять лет универа.