Зарываюсь носом в ее волосах и вдыхаю ее запах. Такой любимый и родной, которого мне все эти дни ужасно не хватало. Чувствую, как летит ее сердце и как хлюпает Варя носом, а по щекам катятся слезы счастья. Да что там, я и сам, похоже, готов разреветься!

— Люблю тебя, моя хорошая! — шепчу ей на ушко, все сильнее прижимая к себе.

— О-о-о баб, я же вам с Ником говорила! — раздается за спиной радостный голос дочери, а мы с Варей чуть ли не подпрыгиваем от неожиданности, оборачиваясь. — Я же говорила, что сработает! Они же любят друг друга, ба! Мама была права!

Что? Мама? Карина-то тут каким…

Мы нехотя отрываемся друг от друга, но отпускать до конца девушку нет никакого желания, поэтому я приобнимаю ее за талию, ближе двигая себе под бок и целуя в макушку.

— Ну и замечательно, что помирились, — улыбается моя мама. — Ася мне все уши прожужжала, что кроме Варюши нам никто не нужен! — посмеивается родная женщина, у которой в уголках глаз сверкают слезы. — Теперь, надеюсь, окончательно? Добро пожаловать в семью! Варвара?

Я смеюсь, а Варя же только смущенно улыбается и прижимается ко мне. И даже не верится, что наконец-то, за столько дней я могу немного выдохнуть…

Никуда ее больше не отпущу.

Эпилог

— Та-а-ак, еще чуть-чуть, еще маленько… — бубню себе под нос и усердно тянусь с крючком, уже опасно привстав на носочки. Мастерски лавируя своим пузатым тельцем, стоя на последней ступеньке стремянки. Кусаю губу с непоколебимой верою в себя и в то, что вот-вот! Еще пара сантиметров, и достану… Еще капельку моей гибкости беременного бегемотика, и я повешу эту тяжеленную шторину туда, где она должна была уже месяц как висеть. И ведь у меня даже получилось. Я была так близка к цели, когда услышала:

— Варя! — грозный рык мужа за спиной, отчего я чуть ли не подпрыгиваю вместе с несчастной скрипнувшей лестницей и, честное слово, потеряв равновесие, лечу пятой точкой на пол.

— У-у-упс! — успеваю только взвизгнуть, как меня подхватывают крепкие руки любимого. Который, сверкая своими стальными глазищами, смотрит на меня, сжимая и разжимая губы.

— Варвара!

— Влад, — выгибаю удивленно бровь, бросая взгляд на настенные часы. — А ты… как?

— Как-как! Как чувствовал, что ты не дождешься меня и полезешь на эту стремянку чертову! — злится мой любимый Романовский, скрежеща зубами. — Вот сдались тебе эти шторы, Варя! Ну, неужели… — что-то еще там бурчит мой муж, а я сижу у него на руках и, как дурочка, улыбаюсь, беззаботно болтая ногами. А потом и вообще наклоняюсь и целую. Легкий чмок в любимые горячие губы — и полная потеря мужчины в пространстве.

— Что ты…"

"— Я соскучилась, — подмигиваю, когда Влад растерянно замолкает и смотрит на меня, недовольно хмуря брови.