Жаль, что делать он будет это за счет материнского горя.

Патриссия картинно закатила глаза, а Берс повернул в сторону тяжелой портьеры. Там пряталась дверь, ведущая в небольшую комнату отдыха. Обсуждать семью де Ардаш в таком ключе, да еще и при всех было на его взгляд, глупо и опасно.

– Не думаю, что его Величество так жесток. – Ответил Берс, открывая тяжелую дверь.

– Ты плохо его знаешь. Мы все плохо его знаем. Говорят, душа нового короля чернее самой темной ночи!

После этих слов она улыбнулась, а Берс надеялся, что рядом не было никого, кто мог бы пересказать этот разговор Королю.

МаликаКоролевский дворец поражал своим великолепием. Честно говоря, я ожидала увидеть что-то в антураже «Дракулы». Готично, мрачно, везде жуткие статуи, черная мебель и кровавые картины. Ничего подобного здесь не было. Здание изнутри было оформлено в бело-золотых оттенках. Иногда это сочетание разбавляли цветы, голубые вставки и яркие картины.

Абажи и Варон ушли немного вперед. «Бабуля» с опаской посмотрела в мою сторону. Улыбнулась ей и кивнула.

«Меня никто не обидит» – отправила ментальное сообщение.

«Я не за тебя боюсь» – фыркнула родственница и показала острый клык.

Молодой официант, увидев это, как-то нервно дернулся и только чудом удержал поднос с бокалами. С трудом удержалась, чтобы не улыбнуться.

– Не отходи от меня. – Прошипел на ухо Рэд."

"В какой момент он оказался так близко, я не поняла. По спине пробежали холодные мурашки. Захотелось отойти от этого существа как можно дальше. Я уже научилась не бояться Рэда, но находиться к нему ближе, чем на расстоянии двадцати шагов, было некомфортно.

– Не шипи Клыкастик. – Широко улыбнулась и сделала шаг в сторону. – Не порти мне репутацию.

Мой провожатый снова перестал дышать. Когда он так делал, хотелось немедленно сходить помыться. И это только добавляло раздражения.

– Ты хоть понимаешь, где находишься?

– Во дворце. Я нахожусь во дворце. – Широко улыбнулась вампиру. – И не думаю, что даже самый смелый из вашей клыкастой братии рискнет обидеть дару де Ардаш посреди праздника.

– Ты слишком долго жила среди человеческого сброда, Малика.

– Я росла среди человеческого сброда, Рэддерик. – Напомнила выскочке о своем происхождении. – И родила меня женщина. И воспитывала тоже женщина. Поэтому будь добр, не замарайся.

Посмотрела в глаза вампиру. Они ничего не выражали. Совсем ничего. Как будто он натянул на себя восковую маску. Я знала об особых отношениях вампиров с эмоциями. Но очень хотелось увидеть на этой аристократической физиономии хоть что-нибудь человеческое. Но ничего не было. И это злило еще больше.

– Ты ведешь себя слишком эмоционально, Малика. – Сообщил вампир.

– Спасибо за комплимент. – Улыбнулась еще шире. – А теперь, будь добр, не мешай.