Фея-Крестная посмотрела на нее очень подозрительно, но, похоже, задумалась о такой возможности, когда наконец появились три феи.

– Ах, какое счастье! Наконец-то! Это был такой кошмар... Мне прямо не верится, что мы выбрались живыми! – трагически выпалила Мерривеза.

У Фауны и Флоры вид был такой, словно их скрутил какой-то недуг. Малефисента и вообразить не могла, с чем таким ужасным они могли столкнуться в своем задании.

– С вами все в порядке? – спросила она их, но троицу фей ее забота ничуть не тронула.

– Это все из-за тебя! Ты напала на нас! – напустилась на нее Мерривеза.

Малефисента не верила своим ушам:

– Ничего не понимаю. О чем это вы толкуете?

– Ты прекрасно знаешь, о чем мы толкуем, Малефисента! – яростно выкрикнула Мерривеза.

– Ты пыталась помешать нам выполнить задание! – подхватила Флора.

– Ничего подобного! – Малефисента растерянно посмотрела на Нянюшку. – Клянусь, я даже не понимаю, о чем она говорит!

Мерривеза с обвиняющим видом наставила на Малефисенту палец:

– Ты сама знаешь, что ты сделала! Ты напала на нас, пытаясь защитить своих гадких птиц!

Нянюшка еще ни разу не видела, чтобы выпускной экзамен обернулся таким скандалом, но не сомневалась, что ее дочь не имеет к происшедшему никакого отношения.

– Мы с Феей-Крестной тщательно разберемся и выясним, что произошло, – сказала она.

– А мне не кажется, что Легендарная должна участвовать в принятии решения, даже если она и директриса Академии! – выпалила Мерривеза. – Она приемная мать Малефисенты и не может быть объективной!"

"Нянюшка уставилась на Мерривезу, гадая, где же они допустили с ней ошибку. Как получилось, что эти три феи оказались такими мелочными, такими недалекими? Быть может, она, Нянюшка, уделяла слишком много времени Малефисенте, воодушевляя и наставляя ее, а эта троица оказалась целиком на попечении ее сестры? Она вдруг почувствовала себя ответственной за этих фей и распереживалась: почему же она упустила их, почему не направила на путь добра, который должен был стать их судьбой? А потом она заглянула себе в душу и в будущее, чтобы увидеть, кем станут в конце концов эти трое.

И, вопреки их сегодняшней мелочности и спесивости, она увидела в этом их будущем и доброту, и благородство, и чистоту помыслов. Пусть сейчас они задирают нос и склочничают, а иногда и откровенно грубят, как Мерривеза, но Нянюшка ясно видела, что остальные две нуждаются в вожаке, и Мерривеза способна стать этим вожаком. Она увидела дитя, которое будет нуждаться в их защите и о котором эти трое будут трепетно заботиться. И она вздохнула с облегчением, убедившись, что их нельзя назвать пропащими окончательно. Но все же сегодняшнего положения дел это никак не меняло – три нахальные задаваки оговаривали и оскорбляли ее саму и ее дочку.