Он возвышался даже над Маяком Богов, а Тьюлип рядом с ним казалась и вовсе карлицей – такой ничтожной она не чувствовала себя никогда в жизни. И все же она почему-то совсем не боялась.

Она стояла молча, ожидая, пока Оберон заговорит первым. Конечно, сейчас он пришел к ней, и она здесь хозяйка – но ведь он был первым правителем этой страны, задолго до появления здесь людей. Поэтому принцесса хотела выказать ему почтение, которого он заслуживал. К счастью, ожидание сильно не затянулось. С высоты зазвучал глубокий раскатистый голос, от которого затрепетали ветки и посыпались на землю листья. Тьюлип сразу решила, что именно такой голос и должен быть у древнего, глубоко почитаемого и могущественного создания.

– Принцесса Тьюлип, для меня большая честь познакомиться с тобой. Ты не станешь возражать, если я подниму тебя своими ветвями повыше, чтобы мы могли беседовать лицом к лицу?

– Ничуть не стану, и даже буду очень рада, – тут же ответила Тьюлип. Совершенно искренне – она и в самом деле не ощущала ни малейшего страха. Когда ветви Оберона бережно подхватили ее и вознесли к небу, у нее не возникло далее слабой опаски, что он может сокрушить ее, такую маленькую и хрупкую, своей могучей хваткой. Он опустил ее, целую и невредимую, на балкон Маяка Богов, и их глаза оказались почти на одной высоте.

– Так вот ты какая. У тебя лик настоящей королевы, и твоя красота превосходит все, о чем я мог помыслить.

Тьюлип улыбнулась Повелителю Леса, рассматривая его. Черты его слагались из трещин коры на необъятном стволе, и Тьюлип сразу подумала, что более приятного и благодушного лица она еще не видела.

– Благодарю за добрые слова, моя дорогая принцесса, – сказал Оберон, прочтя ее мысли. – Мы явились сюда для того, чтобы защитить тебя от темной феи, Малефисенты. Много лет назад она обратила Страну эльфов и фей в руины. Но мы не смогли отомстить ей, погрузившись в сон, и оставили это другим лесным созданиям. Но теперь, пробудившись и восстав, мы не позволим ей явиться на нашу землю – на твою землю, принцесса, – и уничтожить тех, кто дорог твоему сердцу.

Тьюлип по-прежнему не понимала, почему Оберон так благоволит к ней. На ее взгляд, она не сделала ничего такого, чем могла бы заслужить подобную честь."

"– Мы дремали во мраке долго, очень долго. Нам казалось, будто минуло целое тысячелетие, пока твоя жажда знаний не пробудила нас, – ответил Оберон. – Твои истории, твое воображение, твои мысли о нас стряхнули с меня и моих собратьев тяжкую дремоту и снова вернули нас к жизни. Мы сгинули во тьме и забвении в этих землях после Великой Войны, когда Циклопы-Великаны одолели и изгнали нас. Но твое стремление узнать о нас побольше разожгло в нас почти угасшую искру жизни, и этим ты заслужила нашу вечную признательность.