Подруга вскинула на меня глаза, губы её дрогнули, но она ничего не сказала, а снова расплакалась.

- Послушай, слезами тут не поможешь, - сказала я, мягко, но настойчиво. – И я не могу долго здесь находиться. Вернётся леди Идалия, и мы точно не сможем поговорить. Ты узнала меня, и она узнает, а я до сих пор в розыске. Если не хочешь выходить замуж за виконта Дрюммора…

- Не хочу, - коротко произнесла она. – Но признайся честно, ведь ты не из-за меня волнуешься. Ты пришла из-за герцога де Морвиля. Вы… вы живёте в одном доме.

Это прозвучало, как упрёк, или даже как обвинение, но я ничем не выказала, что слова подруги меня задели.

- Для всех я – его служанка.

- А ты лишь служанка? – Винни посмотрела на меня пристально. – Что между вами, Сесилия?

- Ничего, - покачала я головой.

Это же не ложь. Между нами… ничего. Несколько поцелуев не в счёт. И остальное… не в счёт. Я почувствовала, что сейчас сама пойду красными пятнами, как моя подруга, и поспешила оправдаться:

- Милорд де Морвиль – чудесный человек. Пожалуй, лучший из всех, кого я знаю. Он честный, благородный, добрый, великодушный, смелый, и единственное, что можно поставить ему в вину – это его рождение.

Но мы не выбираем, как прийти в этот мир, так что и в том, что милорд – бастард, нет его вины. Ты права, я не хочу, чтобы ему навредили. И сделаю, что в моих силах, чтобы ему помочь.

- Тогда уговори герцога де Морвиля жениться на мне, – сказала Винни и сама схватила меня за руки и сжала. – Сесилия, это решит все проблемы. Не будет дуэли, никто больше не скажет дурного про милорда, а я… я обещаю тебе, что буду заботиться о нём, как и положено верной и любящей жене.

Глава 11Наверное, если бы Виннифред крикнула слуг, чтобы меня схватили и отправили прямиком в полицейский участок, я была бы потрясена меньше.

Она продолжала держать меня за руки, заглядывая в лицо, а я стояла, как будто меня молния ударила – ударила в самое сердце. Прицельно, почти насмерть.

Хочет стать любящей и верной женой герцогу де Морвилю… Ричарду… Дику… моему Дику…

Только что лгала, утверждая, что между мною и герцогом де Морвилем ничего кроме уважения и благородства. И убеждала саму себя, что не лгу, что это правда. А когда другая заявила на герцога права, мои уважение и благородство сразу же испарились.

Захотелось крикнуть Винни что-нибудь обидное. Расхохотаться ей в лицо. Сказать, что герцог де Морвиль любит только меня, и на другую не посмотрит.

Впрочем, он теперь ни на кого не посмотрит… Злое колдовство лишило его зрения… И я, скорее всего, была этому причиной. Правильно сказала королева Гизелла, что всё из-за меня. Все несчастья герцога лишь из-за меня.

- Очень мило с твоей стороны, - с трудом произнесла я, пересиливая себя, чтобы не вырваться из рук Винни, которые сейчас казались мне паучьими лапами.