- Леди! Куда вы?! – только и воскликнул он, а я уже выскочила за дверь, спрыгнула с крыльца и помчалась вслед за маленьким разносчиком газет.

Разумеется, догнать его мне не удалось, потому что бегал он гораздо быстрее меня, а я, добежав до соседнего дома, внезапно вспомнила, что сейчас не май месяц, припархивает снежок, к тому же, мой кошелек остался дома.

Пришлось вернуться, и под непрерывное ворчание Эбенезера я надела уличные башмаки, тёплую накидку, повязала платок, взяла несколько монеток и отправилась на поиски свежего номера столичной газеты.

Через два квартала я наткнулась на переносной газетный лоток, купила газету и тут же развернула её.

Закончив чтение, я едва не скрипела зубами от злости.

Господин Фрефрон умудрился написать статью, в которой правда и ложь так причудливо переплетались, что и придраться было невозможно, и хотелось при первой же встрече выцарапать ему глаза.

«Утром в редакцию газеты пришла служанка королевского маршала герцога де Морвиля и, угрожая гневом королевы, пыталась вызнать, кто являлся источником сведений о дуэли, после чего от неё же угрозы получил благородный виконт Дрюммор.

Служанка требовала, чтобы он отказался от дуэли, защищая, вероятнее всего, своего хозяина, с которым, как ходят упорные слухи, она состоит в порочащей связи. Скорее всего, угрожали и леди Кармайкл с дочерью, виконт Дрюммор вынужден был посетить благородное семейство, чтобы успокоить несчастных, запуганных женщин. Создается впечатление, что герцог де Морвиль хватается за любой шанс, чтобы избежать дуэли, но в то же время не хочет признать, что нанёс глубокое оскорбление младшей леди Кармайкл и её величеству королеве Гизелле, которая хотела устроить этот брак. Что может заставить человека с не совсем чистым прошлым отказаться от брака с благородной, красивой, достойной девушкой? Возможно, всё дело в порочных страстях, которыми охвачен господин маршал? И если это так, то как может человек с подобными моральными качествами стоять на страже нашей страны?».

Я едва сдержалась, чтобы не разорвать эту гадкую газетёнку в клочки. К продавцу подходили люди, покупали газету, тут же читали, обсуждали… Ричарду припомнили всё – и распутницу-мать, то ли колдунью, то ли заключившую договор с дьяволом, совратившую короля и причинившую боль королеве… «Такое откровенное бесстыдство! Не удивительно, что и сын такой же! Жить со служанкой, оскорбить благородную девушку – это немыслимо!».

И внезапную смерть короля… «Маршала ведь потом отстранили от должности и отправили в ссылку, но он опять умудрился вернуться». Кто-то даже предположил, что сейчас опасность может угрожать малолетнему королю… «Его защищают две женщины, а против них – маршал со всей армией!». «Но ведь он ослеп?».