- Эбенезер считает, что омлет может приготовить только настоящая леди, - говорила я, одновременно разбивая в чашку восемь яиц, отмеряя половинкой скорлупки молоко, добавляя соли и молотого перца, - но у него самого омлет получается чудесным, а ведь на леди он совсем не похож.

Де Морвиль улыбнулся углом рта, показывая, что оценил шутку. Он сидел очень прямо, плечи были напряжены, и я с болью подумала, что совсем непросто сильному человеку оказаться вдруг слабым и беспомощным. Но Гаррет разберётся, в чём дело… Он долго учился у дядюшки… И надо написать дяде в любом случае…

- Кстати, всё забываю спросить, - я бросила на раскалённую сковородку кусочек сливочного масла и наклонила её из стороны в сторону, чтобы смазать маслом всё дно, - как получилось, что его величество… покойный король, имею в виду… так с вами подружился? Ведь её величество Гизелла не слишком любила вашу матушку… и вас, скорее всего."

"- Эдвард тоже сначала не слишком любил, - отозвался де Морвиль. – Но однажды он сильно поранился, кровотечение никак не могли остановить, а когда остановили, то врач сказал, что Эдвард слишком ослабел и умрёт, и предложил неслыханное – перелить королю чужую кровь.

- Это был дядя? – я застыла со сковородкой навесу. – Тот врач?

- Нет, не ваш дядюшка, - герцог покачал головой. – Тот врач давно умер, но лорд Сен-Меран обучался именно у него.

- И что с переливанием чужой крови? – напомнила я.

- Врач сказал, что нужна родственная кровь. Но её величество была далеко, и тогда я предложил взять кровь у меня.

- И короля спасли…

- Да, Эдвард выжил. После этого он очень переменился ко мне. И я, признаться, переменился к нему. Несмотря ни на что, он был смелым человеком. Не каждый решится, чтобы в его вены залили кровь проклятого.

- Когда захочешь жить, и не на такое решишься, - заметила я и вылила на сковородку яично-молочную смесь. – А как отнеслась к этому королева?

- Была благодарна, - сказал герцог. – Эдвард был единственным наследником престола, и тогда ещё не был женат.

- Вы спасли королевскую династию, - омлет начал схватываться, и я осторожно двигала его деревянной ложкой, чтобы он пропёкся со всех сторон. – А могли бы и не спасать. И тогда остались бы единственным наследником.

- Незаконнорожденным, - напомнил де Морвиль. – А вы говорите, как моя тётушка.

- Только не сравнивайте меня с леди д`Абето, - быстро сказала я, не зная – воспринимать это как комплимент или как наоборот.

- Но вы сами, Сесилия, - произнёс герцог, - смогли бы смотреть, как умирает самый родной вам человек? Даже если бы вам предложили трон за его смерть?

- Нет, не смогла бы, - сказала я после некоторого молчания. – И за это я уважаю вас, Ричард де Морвиль. Уважаю до безобразия. И между прочим, переживаю рядом с вами чувство собственной моральной неполноценности.