Господи, ну что опять напридумывала Малая сама себе?! Какие разочарования? Он делал для нее все, что мог! Не откраивался, вставал ночью, помогал с сыном, обеспечивал необходимым по первому свистку. Старался наладить их отношения, нанял домработницу, вывозил каждые выходные куда-нибудь погулять, на диване не валялся… где бл@дь и что он упустил в очередной раз?!

Александра была явно удивлена их появлению. Машинально чмокнула своего мужа в щеку и растерянно пролепетала:

— Вадим? Привет…

Она, наверное, поняла цель такого визита средь бела дня, потому, что бросила пару выразительных взглядов в сторону Марка, но промолчала. А когда уселись в кухне за стол, опустила взгляд, нервно выкручивая пальцы на руках.

— Солнце, повтори, пожалуйста, все то, что ты мне вчера рассказала. — Попросил брат, включая кофемашину.

— Я… н-не знаю… я… не утверждаю ничего. Это… это только мои… мысли… догадки. — Запинаясь, даже дернулась непроизвольно в сторону выхода, но осталась на месте, словно придавленная тяжелым взором Вульфа.

— Саш, не нервничай так. — Разумовский и хотел бы ее приободрить, но на данный момент сил на это не оставалось. Слишком фонтанировали чувства. — Вы с Илоной каждый день проводите вместе. Кому, как не тебе виднее то, что ее беспокоит. Дальше этих стен наш разговор не выйдет. Обещаю.

Саша моргнула несколько раз, а потом жалобно попросила:

— Можно мне… выпить?

Учитывая, что эта просьба прозвучала от девушки, которая практически не пьет спиртного, Вадик напрягся сильнее прежнего. Марк хмыкнул и без лишних слов достал стакан, бутылку виски, налил и поставил перед ней.

— Я… я… не знаю, как начать. — Призналась, сделав несколько глотков и выдержав длинную паузу. Встала, отошла вместе со стаканом к окну, там еще потопталась какое-то время, после чего вдруг спросила: — Вадим, а ты любишь Илону?

Что ответить — не знал, так как опешил. Вот это поворот. Любил ли он жену?"

"Наверное, это даже не любовь была, а что-то другое, гораздо сильнее и мучительней. По его мнению, любовь — что-то невесомое. Можно любить в разлуке, любить безответно, а он хотел владеть этой женщиной каждую секунду, каждой клеточкой ее тела, ее душой, и прошлым, и будущим, всей ее жизнью. Когда ее не было рядом, у него начиналась ломка, он лез на стены. Как наркоман без дозы. Сам не заметил, как стал наркоманом, и у его наркотика было имя, и голос, и запах волос…

— Люблю. — Ответил хрипло.

— А когда ты последний раз говорил ей об этом? И вообще — говорил?

Повисло молчание. Александра выпила еще немного.

— Я не знаю, как объяснить. Это всего лишь предчувствие и… ну выводы из некоторых фраз Илуси. Она стала такой, как ты хотел. Сидит дома на коротком поводке. Общается только с нами. С тобой больше не спорит.