Ш-ш-ш…

Илону вообще в первом триместре пробивало на слезы довольно часто. Однажды дошла чуть ли не до икоты от плача только потому, что не смогла открыть баночку с витаминами. Там была специальная защитная крышка с замком от детей. Придавить ее почему-то не получалось и упаковка попросту прокручивалась у нее в руках. Позвонила Саше, та — Вадиму, так как находилась на маникюре и не могла сорваться сиюминутно. В итоге он приехал, открыл, обцеловал и успокоил.

Со временем состояние стабилизировалось, и перепады настроения пришли в норму. Разозлилась сильно где-то за два месяца до родов, когда поняла, что муж обвел ее вокруг пальца. За время беременности они дважды летали на родину. Ила ходила к Надежде Серафимовне на консультации и проверку. Договорилась о плановой операции, назначили вместе дату… А потом оказалось, что он уже оплатил все в одной из частных клиник Вильнюса!"

"Осознала Лона это, когда Вадик предложил познакомиться с еще одним местным врачом. Так, на всякий случай. Выходя из больницы, скрежетала зубами:

— Я не хочу рожать тут!

— Лапуль, не кипятись. Серафимовна безусловно очень хороший специалист, но рисковать тобой и малым во время перелетов я не хочу. После двадцати восьми недель врачи не рекомендуют. А у нас уже двадцать девять или тридцать. Нам не дадут страховку.

— Ты нарочно дождался, да?!

Разумовский не ответил. Молча открыл перед ней дверь машины.

— Так вот во-первых далеко не факт, что будет именно мальчик, а во-вторых — я возьму билет и полечу сама. Понял?!

Несколько месяцев назад, во время процедуры УЗИ, к сожалению, им так и не смогли ответить, какого пола будет ребенок, малыш лежал боком, а потому рассмотреть не удалось. Скоро Илоне предстояло последнее, третье ультразвуковое обследование, на котором, как они надеялись, уже смогут узнать, кого ожидают. Уверенность Вадима в том, что это сын, на данный момент начинала раздражать.

— Лон, ну чего ты бесишься, а? Тебе очень хочется сидеть одной там? Не дай бог что случится, а меня рядом не будет и что?

— И ничего! Ты еще помнишь, кем работает моя мама?

— Она сутками торчит у себя в хирургии. От поселка до города еще доехать надо — туда и назад. А у тебя кесарево. Все эти риски не оправданы. Да и условия. Чем тебе здесь не понравилось? Палаты — как номера в отеле. А дома что?

Как же ее выводил из себя его спокойный тон! Умом понимала, что сердиться надо в первую очередь на свою глупость, но остановиться уже не могла. Расслабилась, доверилась — а зря! Разумовский за последние месяцы приучил к тому, что думает и помнит обо всем. Когда сдавать анализы, принимать витамины, ходить на прием к гинекологу, в бассейн на специальную гимнастику и прочие вещи — даже не концентрировалась.