Я открыла было рот, да так и закрыла, посчитав бестактным что-либо спрашивать, и просто искренне поблагодарила:

— Спасибо, вы правда спасли меня.

Зэрнур ничего не ответил, продолжая молча и с осуждением на меня смотреть. Затем укоризненно покачал головой и тихо произнес:"

"— За вашу безопасность я отвечаю перед Главнокомандующим лично. Но мне приказано не вмешиваться, если у вас начнутся романтические отношения, в которых вы будете счастливы. Так как эмпатом я не являюсь, то повторюсь — в следующий раз, когда я спрошу о том, нужна ли вам помощь, я хочу слышать правду, а не терять время на поиски, слежку и выяснение истинного положения дел, чтобы вмешаться в критический момент. Я все-таки дракон, а не благородный рыцарь, и спасение девиц не входит в мои жизненные приоритеты.

Совершенно ошеломленная услышанным, я даже сказать ничего не смогла.

Зэрнур же добавил:

— О вылазке молодых драконов я уже доложил, в данный момент их всех конвоируют обратно в Долину.

Всех?! Даже Владыку?!

Спрашивать, конечно, не стала.

— Тесемки на капюшоне завяжите, — сказал дракон.

Я завязала, уже догадываясь, каким образом меня транспортируют обратно в университет. И лишь постаралась не вскрикнуть, когда дракон, перевоплотившись, ухватил за пояс и рывком поднял вверх. Почему-то, глядя на пролетающие внизу огни и здания, я с грустью вспомнила другого дракона и другой полет. Главнокомандующего мне было жаль, безумно, до сжимающегося от боли сердца жаль. Я совсем не хотела, чтобы ему было плохо, я трусливо надеялась, что не являюсь причиной его состояния. Я… не знала, что думать.

* * *Зэрнур долетел до УМа довольно быстро. Игнорируя снежную бурю, уверенно приземлился и, поставив меня на ноги, удержал от падения из-за сильного порыва ветра уже человеческими руками. Затем молча подтолкнул в направлении входной двери.

Когда я зашла в университет, старый и жутко любивший доносить за любое нарушение начальству привратник, радостно осклабившись, приподнялся уже было, дабы высказать мне все, что обо мне и нарушении комендантского часа думает, но, увидев вошедшего следом дракона, рухнул обратно на стул и притворился составной частью обстановки.

— Поднимайтесь к себе, леди Милада, я схожу за противоядием, — произнес Зэрнур.

Обернувшись, я хотела спросить, каким противоядием, но дракона позади уже не было.

— Потравили тебя, значит, родственнички Горски, — не оставив без внимания исчезновение того, кто мог за меня вступиться, ехидно захихикал господин Обре.

И гнусно хихикать он продолжал все время, пока я пересекала холл университета, идя к лестнице, ведущей в жилые помещения, и пока поднималась, тоже слышала его неприятный смех.

* * *Поднявшись к себе в комнату, я едва успела снять плащ и разуться, как в двери постучали.