Лорд Энроэ же, осклабившись, произнес:

— Да, это может стать для тебя сюрпризом, дорогая, зато, несомненно, приятным сюрпризом.

И он, вооружившись вилкой, принялся радостно кромсать имеющиеся на тарелке ожидаемые им котлеты и также имеющиеся, но явно для лорда Энроэ неожиданные устрицы, попутно начав планировать наше совместное будущее:

— Ты, конечно, безродная девочка, но мы это исправим. Как тебе имя Милада эль Тагарсин? Помнится, герцога мы накрыли в районе вашей деревеньки аккурат в год твоего рождения. Показания нескольких свидетелей, «подлинное» завещание давно сгнившего в застенках герцога, и к твоему происхождению будет не подкопаться. Да и наследство Тагарсинов не помешает. Что касается мнений скептиков — у тебя и почившего герцога сходный тип магии, вы оба теоретики, что станет еще одним свидетельством в пользу вашего родства.

И лорд Энроэ, наколов на вилку кусок котлеты с попавшей на нее устрицей, поднес ко рту, засунул в него и принялся энергично жевать, продолжая неотрывно взирать на меня влюбленными глазами.

Глаза эти немного округлились, когда лорд осознал, что жует явно что-то странное, но, мужественно проглотив все, дознаватель вновь отвлекся на построение планов в отношении будущей семейной жизни.

— Представление ко двору отложим до момента, когда предстоящее появление наследника станет очевидным. — Взгляд его стал суров, и, вонзив вилку в очередной кусок облепленной устрицами котлеты, Энроэ пояснил суть своей мысли: — Не имею никакого желания отваживать всех этих молодых привлекательных юнцов, что насядут на тебя в случае, если ты еще не будешь беременна. Ты слишком привлекательна, дорогая.

Он съел и второй кусок котлеты, скривился, но съел, всем своим видом выражая решимость уже заранее противостоять попыткам измены с моей стороны.

Владыка, выслушивающий это с не менее потрясенным видом, чем мой собственный, скептически вставил:

— Не особо. Ножки — это да, аппетитные, еще глазки вроде примечательные, а остальное так себе, ничего выдающегося.

Лорд Энроэ с ним бы явно не согласился. Судя по взгляду дознавателя, он уже счел мою внешность преступлением против королевства, вынес приговор и даже определился с мерой пресечения:

— Лет до сорока территорию замка покидать не будешь!

После чего Энроэ покарал еще один кусок рыбной котлеты, жестоко сжевав ее и не отрывая в процессе сурового взгляда от меня.

Владыка же продолжал задумчиво размышлять, все так же приобнимая меня за плечи:

— Но вот ножки у тебя самый смак, так бы и съел бы.

Содрогнувшись от смысла драконьих слов, я на миг прикрыла глаза и начала глубоко дышать, старательно придумывая, как бы из этого выпутаться. По всему выходило, что будет проблематично, и очень.