— Он приехал сюда потому, что до сих пор числит Брифа в живых.

— Вот как?

И тут, к моему удивлению, Дарси принялся подробно объяснять обстоятельства, побудившие меня покинуть Англию.

— Не пора ли нам? — поспешно оборвал я его.

— А куда спешить? Кто будет искать тебя тут? Да и зачем пытаться скрыть причину приезда?

— А сплетни?

— Сплетни, конечно, будут, и таежный телеграф тоже заработает. Скоро на всей железке не останется человека, который не знает о том, что ты считаешь Брифа живым. Чего же тебе бояться? Ты ведь рассказал мне правду?

— Конечно.

— Значит, ты ничего не теряешь.

Чем больше народу будет в курсе, тем сильнее твои шансы сдвинуть дело с мертвой точки.

— Что теперь будет? — спросил повар. — Снова начнут искать?

— Нет, — ответил я. — Администрация не желает с этим связываться. Если надо, сам пойду в тайгу.

Дарси кивнул и сказал:

— Нам пора, Сид. Макензи все еще здесь?

— Да, сразу за мостом. Удачи, мистер Фергюсон, — ответил повар.

— Вы были первым, кто расспрашивал Лароша, — сказал я, когда мы вышли из хижины и приблизились к мосту. — Почему вы не сообщили о том, что его поведение показалось вам странным?

— Оно и должно было быть странным, если учесть, что выпало на долю Лароша.

Это был живой скелет, покрытый язвами. И рана на голове в придачу… Поражение мозга в таких случаях — дело обычное. Ладно, пошли искать Макензи.

Мы очутились на покрытом серой галькой берегу речки, и тут я спросил Дарси, как давно он узнал о том, что Макензи побывал на Львином озере.

— Всего две недели назад, — ответил он. — Я рассказывал ему историю старой экспедиции, и Макензи спросил, что такое лев. Тогда я нарисовал изображение головы, и индеец тут же сказал, что знает это озеро.

Честно говоря, я и сам подумывал сходить в тайгу следующей весной с одним приятелем-геологом. Мне полагаются отгулы. Глядишь, найду золото Фергюсона и разбогатею, — он коротко хихикнул и зашагал по гальке к густому кустарнику, обрамлявшему берег реки.

Тропы здесь не было, и я немного отстал. Кустарник внезапно расступился, образовав небольшую полянку. Тут стояла потрепанная палатка, лежало каноэ, и два мальчика-индейца кололи дрова.

Когда я вышел на поляну, Дарси уже разговаривал с Макензи.

— Он отведет тебя к озеру, — объявил инженер.

 — Но не сейчас. Он охотится, ему нужно мясо на зиму. Да и не сезон нынче по тайге шастать.

— Да, — закивал индеец. — Плохой, плохой время.

Это был коренастый коротышка в куртке из оленьей шкуры, синих джинсах и мокасинах. Возраст его я определить не мог."

"— Лучше ждать морозов, — продолжал он. — Сейчас вода и трясина. Что, если мы отправимся завтра? — спросил я. — Если мой отец прав, там есть радиопередатчик, мы сможем запросить самолет. Раньше, чем через пять дней, морозов все равно не будет.