Том поднимает голову и смотрит Мэнфи прямо в глаза.

А затем он даёт ответ.

— Да, знал.

Весь зал едва ли не взрывается ахами, охами и даже проклятиями."

"Я удивлённо переглядываюсь с Мэнфи.

Та кивает.

Не врёт.

Удивительно.

— Тогда почему ты не сообщил ни о чём подобном выше по инстанциям? — вмешиваюсь я.

— Я сообщал и далеко не единожды, — обречённо пожимает плечами Том. — Я писал как минимум пять писем в торгово-промышленную палату и требовал разобраться в происходящем.

А вот теперь я медленно наклоняюсь вперёд, не сводя взгляда с лица Тома.

Тот уверенно и открыто встречает моё недовольство.

Торгово-промышленная палата… хозяйство и детище Хрюши. Моей первой супруги. И моей первой же сподвижницы.

Неужели она могла допустить подобное попустительство на своём «огороде»?

Или же… всё происходящее и есть результат её махинаций?

Может ли так статься, что я дал ей слишком много власти? Слишком много свободы? И она заигралась? Сбилась с пути?

— Ты писал письма на имя Леди Хрюши?

Том открывает рот. И от его ответа будет зависеть очень многое.

Глава 6

— Да, я отправлял жалобы именно на имя Леди Хрюши, — признаёт Том.

Весь зал затихает.

Десятки взглядов сосредотачиваются на мне. Игроки просто не знают, чего ожидать от такого поворота.

Как я поступлю? Какое решение я приму? Как будет дальше развиваться дело, которое с каждой минутой становится всё губительнее для замешанных в нём игроков?

Мэнфи встаёт со своего места, подходит ко мне и склоняется, говоря так, чтобы не услышали посторонние:

— Шурик, что мы будем делать?

Под «мы» она имеет в виду, конечно же, меня.

Как должен поступить Лорд, чья супруга оказалась замешана в коррупционной схеме?

Что для меня важнее: созданная мною фракция и закон или Хрюша, моя первая жена и верная соратница.

Куда не поверни, везде будет клин.

Я погружаюсь в такое глубокое раздумье, что на мгновение отпускаю свою ауру.

Со стороны может показаться, что весь зал накрывает плотная тень.

Из неё раздаётся вкрадчивый шёпот, словно это звуки сотен голосов.

Зрители бледнеют, не в силах даже вздохнуть полной грудью.

Но вот я жмурюсь, что есть сил, сжимаю кулаки, а затем расслабляюсь.

Волна ужаса исчезает, как по щелчку.

Коррупция — это зараза. Болезнь, если говорить иными словами. И чем раньше я отрежу повреждённый кусок, тем проще будет основному организму перенести подступающую лихорадку.

Власть должна быть открытой, даже если она абсолютная.

И поэтому я отдаю приказ, который Леди Мэнфи вынуждена повторить.

— Вызовите Леди Хрюшу в зал суда, — командует она.

Гвардейцы, которые дежурят на процессе, немедленно отправляются выполнять приказ.

Мэнфи с беспокойством берёт меня за руку.