Папа приготовил нам сложный завтрак: омлет, яичницу-глазунью, сосиски, нарезал ломтиками фрукты и овощи. Еще и кофе сварил. Ну, просто шок в шоке, ведь обычно он убегал на работу еще до того, как я поднималась с кровати.

- Теперь тебе прямая дорога на «Адскую кухню»! – поаплодировала, глядя в его расплывшееся от похвалы лицо.

Довольно улыбаясь, родитель вручил мне кружку со свежезаваренным молочным улуном. Подобрав под себя ноги, я с удовольствием вдохнула мягкий сливочный аромат, сделав маленький глоток.

Залпом осушив свой стакан, брови папы вдруг хмуро сошлись на переносице.

- А вообще сил больше нет это терпеть! Подскочил сегодня в шесть утра, думал, кого-то убивают… Похоже, этот упоротый устроил в доме наркопритон! – папа раздраженно махнул рукой. – Вот «повезло» же с соседушкой!

От неожиданности, я чуть не пронесла кружку с чаем мимо рта. В груди закопошились самые противоречивые чувства. Боже, как бы он отреагировал, узнав, что и я вчера посещала сей «наркопритон»? Эх, Аля-Аля… Да, папу бы снова пришлось откачивать…

А еще…

Каков бы ни был конец у нашей так и не начавшейся истории, подобная характеристика о Воронове неприятно резанула слух.

Не спорю, Кирилл тот еще грубый высокомерный болван, но уж точно не отбитый наркоша. Не хотелось, чтобы отец думал о нем хуже, чем он есть на самом деле.

- Мы с Вороновым одноклассники… – сообщила с напускной беспечностью в голосе.

Ощутив на себе внимательный серьезный взгляд из-под насупленных бровей, я быстро добавила.

- Ты не поверишь, но он даже неплохо учится. Собирается поступать в Москву. Там у него брат.

- Я в курсе, что вы с этим бандюганом учитесь в одной школе, – и вновь излишне недоверчиво на меня посмотрел.

– Просто удивлен, что ты так рьяно кинулась на его защиту. Ты что-то от меня скрываешь, дочь?

Мне стало не по себе от того, как проступили желваки на его гладко выбритом лице. Не хотелось посвящать папу во всю подноготную нашего знакомства и последующего недообщения, поэтому нужно было срочно что-то предпринять.

- Воронов скорее зарвавшийся мажор и понторез! – равнодушно пожала плечами я. – Но он точно не бандит. И не наркоман. Это подтвердит любой в нашем классе.

- Эх, Аля… Я читал личные дела братьев Вороновых. Да от них весь интернат стрелялся в свое время: бесконечные драки и срывы учебного процесса.

«Перекрестились», когда старший забрал младшего. Никто не хочет иметь дело с бандитами.

- Пап, ну заладил тоже… Бандиты-бандиты… – фыркнула, отодвигая от себя кружку с чаем.

- Поверь, дочка, я знаю, о чем говорю. Там какая-то мутная история со смертью их родителей. Тамара, мой зам, как-то обмолвилась, что пацанов не просто так засунули в захолустный провинциальный интернат… – рассеянно прошелся по седеющей шевелюре пятерней.

Я нахмурилась.