Но параллельно следит, не нужно ли кому чего. Ее напарница убежала на кухню.

Такая ночь, а девчонки работают. Никогда не понимал, что может заставить людей впахивать на праздники. Ведь, по сути, что есть наша жизнь? Впечатления! А какие могут быть впечатления от Нового года, если ты вынужден бдеть за тем, чтобы на столах не закончилась еда. На мой взгляд – жестоко.

Мне становится ее жаль, хочется подойти, обнять, прижать к себе и поцеловать в полночь под бой курантов.

Тут кто-то из наших клацает выключателем, и зал погружается в полумрак. Каждому передают по бенгальскому огню, открывают шампанское. Воздух мгновенно заполняется кисло-сладким ароматом. Пользуясь общей суматохой, хватаю со стола пару бокалов и иду прямо к Лизе.

Пошлет – значит, так тому и быть, не пошлет – просто постою рядом, покайфую.

Когда подхожу, Лизкины глаза круглеют, отчего ее мордашка становится еще милее.

– Что-то нужно? – спрашивает она.

– Ага, хочу встретить с тобой Новый год! Можно?

Протягиваю ей бокал.

– Мне не следует… – пытается она отказаться.

– Почему? Кто-то накажет? – хмурю брови.

– Нет… Ладно… – кивает она и нерешительно берет шампанское из моих рук.

Тут начинают бить куранты.

– С Новым годом, малышка! – гляжу Лизе прямо в глаза, прикладываюсь к краю ее бокала своим, раздается характерный звон. – Желаю тебе море счастья! Ну, до дна!

У нее в бокале совсем немного пенистой жидкости, и она выпивает практически залпом. Кажется, даже вкуса не чувствует, слишком смущена моей близостью. Как только это подмечаю, резко обнимаю, прикладываюсь губами к ее милому ротику. Она на секунду замирает, шокированная моей наглостью, а потом отпрыгивает чуть ли не на метр. Усиленно делает вид, что только что совсем даже не млела от удовольствия, стоя рядом.

Да, я знаю, что не образец для подражания, и наглости во мне столько, что хватило бы на десятерых. Я такой, ничего не поделать. Извиняться за это точно не буду.

– Ура-а-а! – орут друзья.

Все как один спешат на улицу запускать фейерверки, иду с ними.

Минут пятнадцать мы запускаем салюты под общие крики, заодно выпиваем еще шампанского. На радостной волне хочу позвонить предкам, поздравить их. Как-никак это они главные спонсоры всей поездки. Надо проявить уважение, как любит повторять мой батя. Тут понимаю, что забыл телефон в ресторане.

Спешу обратно, а в зале, кроме Карезглазки, никого.

Она сидит за дальним столиком, обмахивается салфеткой.

«Как же быстро ее сморило…» – отмечаю про себя.

Серый предупреждал, что при добавлении в жидкость, должно подействовать в течение получаса, но прошло меньше. Должно быть, у нее совершенно не приспособленный к таким делам организм.