Как и говорил немец, тут помещение с несколькими установленными компьютерами и парой мужиков, которые непонимающе пялятся на нас. Один наконец понимает, что ситуация явно нештатная и тянется рукой куда-то в сторону. Попытку прерывает «Уран», за несколько шагов оказавшийся рядом и перехвативший запястье. Секунда и мужчина, скуля, лежит на полу, со сломанной рукой. Второму я перерезаю глотку.

Отсюда снова два выхода. Марк утверждает, что за обоим находится ещё по комнате. Суммарно в рабочей зоне тридцать два звукоизолированных помещения, из которых используется пятнадцать.

Остальные по каким-то причинам не задействованы. Выход в зону «управленцев» и «элитников» находится на другом краю рабочего сектора. Как раз там, где находится руководство техников.

Обдумав ситуацию, решаю, что лучше будет не разделяться. Поэтому так и движемся целой группой, зачищая одну комнату за другой. Работаем ножами и прикладами. Импланты позволяют развивать скорость, недоступную местным работникам. Всю разницу между «адаптистами» и обычными людьми, понимаю, когда один их техников сразу же бросается бежать, пытаясь спасти свою жизнь.

Пересекает половину большого помещения, прежде чем я отправляюсь за ним. В итоге, успеваю догнать, прежде чем он преодолевает пару метров.

Минут через двадцать добираемся до комнаты, где размещается руководство. Здесь всего двое мужчин в такой же тёмно-серой форме, что на остальных. Единственное отличие — небольшие светящиеся круги на рукавах. Одного прирезаем сразу. Второго оставляем в живых. Когда усаживаем спиной к стене, задаю интересующий меня вопрос.

— У кого есть доступ к клинике во внешнем секторе?

Коротко стриженый мужчина с пробивающейся сединой, смотрит на меня с лёгким удивлением.

Но страха на его лице я не замечаю. Как будто не мы только что прирезали его коллегу, чей труп валяется в нескольких метрах от нас, на полу. Спокойным тоном отвечает.

— У Освальда. Возможно, ещё у руководителя убежища.

Раздражённо морщусь и спрашиваю, чем может управлять он сам. После того, как он перечисляет все системы, отхожу в сторону, оставив Василису присматривать за пленным. Возможно, отключить канализацию у «элиты» было бы весело, но это не слишком тянет на критичный ущерб.

Но это самый важный компонент подгорной базы, к которому у «офицера» есть доступ. Всё остальное можно вырубить только после подтверждения со стороны высокопоставленного «управленца». Для того, чтобы обесточить определённые сектора и вовсе требуется одобрение руководителя убежища.

Единственный плюс — здесь обнаруживается полная карта, которую я внимательно изучаю. Перед нами лежат помещения руководства. Слева — выход в сектор проживания «элиты», который судя по карте, занимает громадное пространство.