— Лорд Эйн, — я подошла к ним, присела на край стола, скептически глянув на карты и символы, которые там шеф выводил, — а с чего такая спешка в объявлении войны, а?

Бросив на меня недовольный взгляд, он объяснил:

— Ночью драконы ледяного престола вероломно разрушили храм озера Спящих Предков. Это преступление, Виэль. Преступление против нашей религии, устоев, культурной преемственности и…

— Стоп, — перебила я.

Вскинув снежную бровь, шеф удивленно посмотрел. Я же, чуть подавшись к нему, уточнила:

— Вчера, значит, вы отказались доставать изо льда корону и меч для этого мышцегорного Харниса, а уже сегодня ночью драконы взяли и полезли «вероломно» разрушать храм ваших похрапывающих предков? Это как-то странно, не находите?

Не находил.

Сидел и смотрел на меня с нарастающим глухим раздражением.

— Виэль, тортик! — процедил сквозь зубы.

— Угу, тортик, сейчас поделюсь им с вами! — психанула я.

И тут этот Аттар влез со своим:

— Эйн, приструни свою любовницу, у нас времени в обрез.

Все, это стало последней каплей.

— Тортик так тортик, — согласилась я, спрыгивая со стола.

После чего гордо прошла к торту, с сожалением глянула на него, взяла все блюдо со вкуснятинкой, подошла к обернувшемуся ко мне лорду Аттару и одним плавным движением втерла вкусняшку в красноглазую рожу! После чего ядовито посоветовала:"

"— Продолжайте втирание, говорят, сладкое для мозгов полезно, так вот, полагаю, вам сия процедура поможет уяснить, что я секретарь, а не любовница. Почетный личный секретарь! Приятных процедур, лорд Аттар.

Страшно мне не было, даже когда этот вскочил, пылая яростью и наполовину превратившись в буран.

Нет, на прошлой работе я себе подобного не позволяла, ну так у меня раньше и личного хранителя, соответственно полной безнаказанности, не было.

— Ванная где-то там. — Я махнула рукой в направлении двери.

Эйн, подскочивший и тоже пришедший в состояние бешенства от моей выходки, произнес ледяным тоном:

— С ней я разберусь сам.

Обмазанный тортом Аттар что-то прошипел, развернулся и вышел.

И вот только за ним закрылась дверь, я честно сказала:

— Шеф, тут что-то не так.

Одна проблема — меня никто не слушал. Разъяренный лорд Эйн подлетел ко мне, схватил за запястье, рванул на себя и прорычал:

— Ты что себе позволяешь?

Вечные небеса, когда я весь его замок располовинила, он и то не так психовал.

На мгновение стало дико обидно, но затем вспомнила, что я все-таки секретарь, а не любовница, соответственно и повела себя крайне профессионально:

— Ай-яй, больно…

Мое запястье отпустили с такой брезгливостью, что стало еще обиднее.