И вот он сидит передо мной несчастный такой, а по идее пророчили ему блестящее будущее — старый сэльд, имеющий всего одну дочь, взял себе воспитанника, чтобы сделать из него будущую селедку… тьфу, черт, будущего сэльда. Причем, насколько я поняла, лорд Эйн из древнейшего рода, так что вполне может претендовать на престол, но… Но в конечном итоге у снежных все как у людей — тайны, интриги, борьба за трон и сэльдовский дворец и тому подобное.

— Виэль, — проговорило это благородное несчастье, — случилось, как случилось. Я буду служить родине так, как смогу, и не стану…

— Бла-бла-бла, — перебила я, подтягивая к себе чашку с чаем.

Красные глаза сверкнули, и мой непонятый герой начал было привставать, дабы поразить меня мощью гнева и длиной труселей, но:

— Мы в оппозиции, — сказала я. — И точка. К слову, я вообще буду в черном платье и ничего, не жалуюсь, вот и вы не нойте.

Он рухнул обратно на свое место, возмущенно на меня уставившись.

Я же помешала чай, отчаянно тарабаня ложкой по чашке, после чего задумалась вот о чем:

— Шеф, а какой у вас родовой оттенок белого?

У лорда Эйна едва не дергался глаз, но он мне все равно ответил:

— Перламутровый.

— Обалдеть! — Я от неожиданности даже ложку выронила.

Просто к черному платью я приказала добавить оторочку цветовой гаммы собственно Эйна, и вот… Встала, обошла портных, приблизилась к последнему — узрела, как мое черное платье поганят перламутровой отделкой, скривилась от осознания безвкусицы, страдальчески вздохнула, повернулась к сугробику и простонала:

— Да что ж за цвета у вас такие поганые!

Выражение лордовского лица передать было сложно, но оно возымело свое действо, и я устыдилась. Именно что устыдилась. Поэтому не стала настаивать на том, чтобы менять перламутровую оторочку на серебристую, просто приказала добавить еще и серебряную кайму по собственно перламутру. Удостоилась полного ненависти взгляда портного, который смотрел на меня так, словно сто процентов знал, как можно убить человека портняцкой иголкой… Потом взгляд его метнулся к ножницам и стало ясно, что одна игла не удовлетворит его кровожадную натуру, посему я быстренько предупредила:

— У меня имеется хранитель.

Портной стиснул зубы и вернулся к шитью. Нет, мне определенно здесь начинает нравиться.

Разворот к лорду Эйну и ласковым голосом:

— Ну-с, приступим к отработке вашей речи.

— Что? — не понял он.

Как маленький, честное слово.

* * *В общем и целом я была права, описывая ситуацию лорда Эйна — он упал ниже некуда для человека его положения.