Хотя появилась мысль — катану поднять и пойти уменьшать численность снежных лордов.

А этот, скрипнув зубами, прошипел:

— Я взял свое по праву!

— По какому праву? — заорала я.

— По праву победителя, — отчеканил он.

А ничего, что я в этой войне вообще не участвовала?! И кстати:

— А я по праву жертвы категорически против!

Выражение лица снежного лорда сложно было передать словами. Но он отдышался, частично взял себя в руки и прошипел:

— Мне плевать на твое мифическое право жертвы.

— А мне плевать на ваше немифическое право победителя! — гордо ответила я, садясь удобнее на постели.

Эйн сжал прутья сильнее, рванул их на себя с таким видом, что я на миг даже перепугалась, решив, что сейчас выломает. Но моя спасительная тюрьма держалась крепко и стояла незыблемо.

— Молись всем богам, чтобы я успокоился до завтрашнего дня, детка, — прошипел снежный лорд. — А пока посиди в тишине и подумай о том, что язык стоит использовать для куда более приятных дел, нежели срыв помолвки твоего господина и повелителя. Сладких снов, Виэль.

После чего лорд отпустил решетку, повернулся и гордо удалился…

Я уже тогда знала, что он вернется.

Причем сегодня.

Причем злой.

Очень злой.

Оч-ч-чень…"

"Но говоря откровенно — плевать я хотела и на его злость, и на право победителя! Это скотство — наказывать всю страну за тупость ее правителя, которого, к слову, снежные давно убили. Причем мучительно и жестоко, для чего увели в свой Зандарат. И всю королевскую семью до седьмого колена вырезали, лишив нас целой королевской династии. Так что наша страна им вообще ничем не обязана в целом и в частности, мы от войны пострадали гораздо сильнее… да и до сих пор страдаем.

И с чувством законной ненависти к завоевателям я принялась осматривать помещение. Здесь оказалось миленько — присутствовала ванная, туалетная комнатка и даже душевая. Да что говорить — и окно имелось, к слову тоже зарешеченное. Единственное, что мне не понравилось — царапины по стенам, свидетельствующие, что здесь держали кого-то с когтями и неконтролируемой агрессией. Подняв простыни и матрас, убедилась, что кровать сделана из толстой спаянной стали, то есть удароустойчивая. Пол под толстым ковром оказался каменным, тоже сильно исцарапанным… Не хотелось бы встретиться с тем, кто тут до меня обретался. Просто у меня-то таких коготков нет, а жить, даже несмотря на случившееся, хочется.

И тут наверху раздался рев!

Затем по ступеням прогрохотали шаги и в решетку вцепился побагровевший от ярости снежный лорд. Выглядел он презанятно — глаза огромные, щека дергается, волосы встрепаны.

— Г-г-галерея предков! — проорал он, заикаясь. — Стар-р-ринные изваяния!

Пожав плечами, лениво ответила, пародируя сугробчика:

— М-м-моя ж-ж-жизнь и р-р-репутация.

Развернулся, ушел.