— Ага-а-а… — протянула я, ненавязчиво запихивая кусок блестящей чешуи под стол.

Огненных перьев в этой комнате тоже хватало, неживая птичка не сдалась без боя. И теперь Эдмард шустро собирал с пола трофеи. Или же скрывал улики?

После появления хозяйки комнаты, фениксы рассеялись солнечным светом, оставив нас разбираться с последствиями своей трапезы. Вот черт! Надеюсь, они не отравятся?

— Госпожа Вейр, а вы в курсе, что пригрели в своей комнате разумную нежить? А подобный проступок является государственной изменой.

Ох Норгат, надо же было как-то помягче поинтересоваться. Я едва успела подхватить под руку женщину, которая заметно покачнулась.

— Нежить? Мой Питим был нежитью? — абсолютно искренне удивилась она.

— Эм… А вы не замечали?

— Да, Люба, могла и не заметить, — закивал Азаарт. — Чешуйчатые петухи хладнокровные ночные птицы. Если привязать такого к источнику магии, он еще и разлагаться не будет.

— А сейчас он точно мертв? — Я с опаской покосилась на косточки.

Не хотелось бы, чтобы меня преследовал призрак разгневанной нежити.

— Мертвее не бывает, — уверенно объявил Эдмард. — Фениксы сожрали мертвяка заживо.

Рядом тихо всхлипнула госпожа секретарь.

— Эй! Сложно быть тактичнее? — возмутилась я, чувствуя себя жутко неловко."

"Господа Вейр действительно горевала из-за дохлой птички, которую съели существа, порожденные золотой магией.

И кстати…

— А почему они вообще напали? Почувствовали врага?

— Золотая магия издавна охраняет Альтас, а нежить лезет к нам из враждебного Нижнего мира, — поведал Эдмард.

И от того, как он это произнес, как на меня посмотрел, у меня по коже пробежала нервная дрожь. Ох! Кажется, феникс чересчур серьезно отнесся к прошлому своего клана, члены которого были телохранителями золотого императора. Но я-то его ни о чем таком не просила!

Обязательно переговорю с Эдмардом по душам, пока же следовало разобраться с нежитью, обосновавшейся в академии. Могла ли эта птица послужить маяком для мертвых магов? Неужели фениксы нашли и уничтожили нашего врага, чтобы защитить Норгата?

Тихий, но настойчивый стук в дверь обозначил, что защита академии отреагировала на случившееся. Причем максимально нервно, раз вызвала к секретарю ректора Кхаала.

Горгул стремительно вошел в комнату, осмотрел всех присутствующих и нахмурился:

— И по какому случаю сбор?

— Я пригласила адептку Шумскую и ее напарников, чтобы уточнить кое-какие моменты в их расписании. Вы же запретили им пользоваться Черным корпусом.

Ого! Какое интересное ограничение. И то, что госпожа Вейр нагло врала своему работодателю, было крайне подозрительно. Так что дважды “ого”!

— Смотритель зафиксировал вспышки странной магии, но ваше присутствие отчасти их объясняет… — ректор вопросительно посмотрел на меня.