– Еще тот тип добавил, что я могу сама себе подобрать квартирку, чтобы, когда наследник приедет в страну, сразу заключить сделку, – чуть не плача поделилась я с подругой своим возмущением.

– Вот гад, – Маря, наконец, выпустила дым и сердито шлепнула ладонью по столу.

Все-таки приятно видеть такое согласие со своими чувствами у близких людей.

– Ну а ты? – подбодрила меня подруга.

– А я взяла и призналась, что у меня тоже есть завещание. В мою пользу.

– А он?

– Велел начинать бояться, потому что его клиент так это дело не оставит. Зато оставит меня с голой задницей, а может, и еще что похуже.

– И мою квартирку в Бирюлеве пообещал отобрать, – мстительно наябедничала я.

– Так квартира еще не твоя, чего переживаешь? – удивилась подруга.

– Да, но я уже успела привыкнуть к тому, что мне ее купят. Он ведь обещал, – возмущенно раздулась я. Со своим, даже еще не полученным, расставаться я не любила.

– Ну а Сашка твой не поможет? – Маря прищурилась и недобро поджала губы.

– Я с ним сто лет не виделась и, надеюсь, еще столько же не увижусь, – я тоже поджала губы и возмущенно хлопнула ресницами.

Марьяна откинулась в кресле и нажала кнопку на селекторе, стоящем на столе.

– Слушаю, Марьяна Эдвардовна, – раздался напевный голос ее секретарши Лады.

– Ладусь, сделай нам кофе, и побольше. И пирожных каких-нибудь принеси, у нас военный совет.

– Может, тогда еще колбаски, сыра и бородинского хлебушка? – предложила догадливая Лада.

– Умничка, все тащи! – Маря отключила переговорное устройство и повернула ко мне горящие хищным блеском глаза:

– Так, подруга, твой пасынок захотел войны. Он ее получит…

Глава 3

Как я оказалась в этом доме… часть вторая

Наш с Марьяной военный совет затянулся почти до полуночи, так как умничка Лада к колбаске, сыру и хлебушку добавила еще и бутылочку хорошего коньячка.

Зато результатом его стал листочек, на котором четким почерком подруги был расписан план действий, состоявший из двух пунктов. Вернее, трех.

Но третий пункт можно было исполнить только после первых двух, да и то через полгода.

Наутро отвратительно бодрая подруга растолкала меня ни свет, ни заря, и зычным голосом скомандовала:

– Подъем! Нам нужно к нотариусу.

Приученная отцом-генералом не спорить с такими четкими распоряжениями я подскочила с кровати. С космической скоростью привела себя в порядок, и вскоре мы уже ехали в нотариальную контору, где работал давний Марьянин поклонник, Леня Банников.

Увидев в окно нашу парочку, – широко шагающую, гренадерского роста и вызывающей уважение комплекции Марю и семенящую за ней, словно болонка на поводке, меня, – Леня выскочил из своего кабинета.

Выпихнул в коридор странную женщину, принявшуюся кричать, что сейчас ее очередь.